174
0Когда, отложив трафарет, провожу по непонятным закорючкам пальцем, Арендар тоже касается золотой кожи, и в голове отчётливо раздаётся его голос: «Это твоё имя на драконьем языке».
— Ух ты…
Поцеловав меня в лоб, Арендар уже обычным способом произносит:
— К сожалению, мне пора. Надо же вам, девочкам, дать пообщаться.
— А ничего, что Ника знает, где я живу?
— Помимо того, что никто не догадается её об этом спросить… У Накалаэды отличный потенциал, усилившийся после вампиризации, ментальные щиты она тренирует по усложнённой программе и сейчас находится под покровительством обратившего её архивампира-менталиста, а это значит, любая попытка проникнуть в её сознание сразу станет известна Санаду. Можешь спокойно с ней общаться.
— Это здорово.
На прощание Арендар меня обнимает, шепчет в макушку:
— Прости, что не сдержался, я не должен был всего этого говорить.
— Должен. И не должен был прикрываться благородными порывами, ведь можно было просто сказать, что мне надо учиться. Пожалуйста, если ситуация будет позволять, дай мне время собраться и попрощаться со всеми…
— Хорошо.
— И ещё… моё пламя, как и твоё, тоже может уничтожать вестников Бездны. Я тоже могу быть важной боевой единицей.
Он утыкается носом в мои волосы:
— Поле боя — не место для избранной.
— По-моему, сейчас не время копаться в кандидатах в помощники.
— Мне невыносимо жаль, что из-за меня ты подвергаешься опасности.
— Спасать успеваешь и то хорошо, — нервно усмехаюсь я и поглаживаю его по плечу. — Зато будет, что рассказать внукам.
— Мне нравится твой оптимизм. — Он снова целует меня в макушку и отступает. — Ладно, мне действительно пора, вампиры уважают пунктуальность. Обязательно накрой портал ковриком. Если понадобится войти, обращусь через метку.
— Удачи, Арен! — взмахиваю на прощанье рукой.
— Уачи, — добавляет развалившаяся на кровати Пушинка.
Арендар бесследно и беззвучно исчезает. Только после этого я замечаю, что освещение сменилось на вечернее.
Прикладывая коврик на портал, ловлю себя на том, что пытаюсь ни о чём не думать. Потому что думать о будущем, несмотря на все старания Арендара, страшно. Однажды Культ его семью почти уничтожил, что, если в этот раз у них получится убить всех?
Тряхнув головой в попытке избавиться от мрачных мыслей, открываю дверь в нашу с Никой комнату. Там горит свет, и Ника заваривает чай. Выкладывает из сумки кульки со сладостями. От этого простого зрелища щемит сердце: настанет ли день, когда я смогу прийти к ней на чай свободно, без утайки?
Раскладывая печенья в корзиночку на столе (треть печений не доходит до цели), Ника вдруг застывает. Поворачивается в мою сторону. Её глаза с неровным красным свечением, устремлены на меня.
— Лера?
Я выхожу в комнату.
