Измена. Во все тяжкие

Откидываю удобнее спинку и начинаю неспешно рассматривать окружающие меня авто.

Когда поглазеть больше не на что, перевожу взгляд на бардачок. С интересом тянусь к нему, чтобы открыть святая святых. Однако, не найдя там чего-либо заслуживающего особого внимания, разочарованно закрываю обратно.

Машины движутся медленно. Очень медленно. Терпение снова начинает покидать меня. Осматриваюсь вокруг - по-прежнему ничего примечательного. Перевожу рассерженный взгляд на карман водительской дверцы – там, как всегда у Володи, валяется мусор. В основном это смятые чеки. Не знаю, какой черт тянет мою руку к этому мусору, но достаю несколько бумажек и начинаю их рассматривать. Сердце пропускает удар, когда на глаза попадается чек из аптеки. Ещё до того момента, когда я опускаю взгляд чуть ниже, чтобы прочесть название лекарства, которое приобретал муж, я уже понимаю, что именно там увижу.

Так и есть… Препарат от гонореи, который прописывали и мне. Перед глазами всё темнеет. Задыхаюсь от нехватки воздуха.

Оживаю только в тот миг, когда позади меня кто-то начинает нервно сигналить. Несколько секунд не могу сдвинуть машину с места - руки трясутся так, что никак не могу переключить передачу. Снова доносятся громкие звуки из стоящей позади машины. Смотрю в зеркало заднего вида. Что за идиот… Такое чувство, что, если мы сейчас срочно не проедем эти пару метров, на которые сдвинулась пробка, случится что-то запредельное. Хочется высунуть в окно средний палец. Никогда так не делала, но сейчас, когда я увидела этот чек из аптеки, чувствую лютую ненависть не только к мужу, но и ко всем представителям мужского пола.

Преодолев небольшое расстояние, резко останавливаю машину и безумным взглядом продолжаю изучать смятый чек. Дата… Пытаюсь в уме высчитать, за сколько дней до того, как я узнала о своем диагнозе, был куплен препарат. Мозг не соображает. В голове каша.

Значит, я была права в своих предположениях. Значит, это Володя первым подцепил гонорею. Значит, он специально меня сторонился, втихаря проходя курс лечения.

Скотина… Какая же мерзкая тварь, мой муж…"

"Теперь, когда я точно знаю о том, что именно он был первоисточником, мне хочется разорвать этого урода на куски. Это же каким надо быть гадом, чтобы со слюной у рта убеждать меня, что это именно я принесла в дом заразу, что это именно я предала семью.

На глаза наворачиваются слезы. Но не от обиды, а от дичайшей злости. Не знаю, что я сделаю, когда Володя окажется в зоне досягаемости.

Глава 23.

Во двор я въезжаю, примерно, через час после того, как нахожу чек. Сила моего гнева нисколько не уменьшилась за это время. Вылетаю, как фурия, из машины и, не закрывая дверцу, несусь в дом.

Володя на кухне. Слышу, как он гремит посудой. Устремляюсь на звук.