6
0Лида меня ещё утром попросила, сказала, парня пришлёт.
– Наташа, – отважилась Маруся, – а у вас нет телефона жены Валерика? Как её зовут?
Наташа вдруг как будто испугалась. Глаза у неё забегали, словно у маленькой девочки, уличённой во вранье.
– Какой телефон? Зачем телефон? – пробормотала она, схватила какое-то полотенчико и стала смахивать пыль с комода.
– Жены Валерика, – пояснила Маруся. – Она редко приезжает, а вы же тут по соседству с ними живёте, наверняка у вас телефон есть!
Наташа ничего не ответила, продолжала вытирать пыль. Гриша снизу вверх кивнул Марусе, это означало – он что-то замышляет.
– Я у вас воды попью, – сказал он. – Жарко невозможно.
И вышел на кухню.
– Мы думали, ей нужно позвонить, жене, – оправдываясь, заговорила Маруся. – Вдруг она ещё не знает, что случилось…
– Нечего ей звонить! – вдруг резко сказала Наташа, перед носом у Маруси встряхнула полотенце и забросила его себе на плечо. – Только человека баламутить! Да и наверняка ей сто раз позвонили! Без нас!
– Вы не подумайте, что я не в своё дело лезу, – пробормотала Маруся, – я просто так… Мы с тётей Лидой подумали…
– Всю жизнь Оксана с этим придурком промаялась, – махнула рукой Наташа. – Всю жизнь!.. Вот не поймёшь, то ли замужем лучше, то ли вовсе бобылкой, если такой муж попадётся. Он же хулиган! Самый натуральный, таких на НТВ показывают! Столько лет он голову ей морочил, столько раз обещания обещал: исправлюсь, мол, стану другим человеком! Как же! Стал! И помереть-то по-человечески не смог. А её теперь затаскают, ох, затаскают!..
– Да кто её затаскает, если она ни при чём и вообще всё время в Москве была?! – удивилась Маруся.
– А это не наше дело, где она была! – вдруг взбеленилась Наташа. – Ты её в деревне видела? Нет? И я не видела. Не было её тут, с июля месяца не было! И нечего наговаривать!
– Никто не наговаривает, – успокаивающе сказал появившийся из кухни Гриша. – Мы просто думали телефон узнать! А если вы не хотите давать, так и не надо, сами позвоните, да и все дела.
– Не стану я никуда звонить!
Гриша пожал плечами и взялся за таз:
– Ну, мы пойдём?…
Они выбрались на улицу, где под жарким солнцем реяло в вышине чистое бельё и на дорожке от него шевелились и ползали тени.
– Лидке скажите, чтоб на сильный огонь таз не ставила, – в окно крикнула Наташа. – Медь сильного жара не любит, потемнеет вся!
– Скажем! – крикнул в ответ Гриша, и они опять – в который раз за сегодняшний день! – пошли по улице в сторону своего дома.
– Ничего не поняла, – призналась Маруся. – Что это она так… расстроилась?
– Она не расстроилась, а испугалась. Это разные вещи, дорогой Джон.
– Хорошо. Испугалась. Чего?
– Это вопрос.
– И вы знаете на него ответ, Шерлок?
– Да.
– Как?! – поразилась Маруся.
