5
0
Марина поднялась по лесенке, ведущей во внутренние помещения магазина, приложила карточку к магнитному замку и распорядилась:
– Значит, этого ко мне в кабинет, а телевизионщиков пока задержите. Я в случае чего ими его припугну!.. А что он утащил?
Охранник отвел глаза и пожал плечами – он в книгах не разбирался. Он вообще не понимал, как можно своровать… книгу! Ну, ладно еще кольцо с бриллиантом, или деньги, или мобильный телефон свистнуть! Но книгу?! На что она нужна?!"
"Напустив на себя суровый вид, Марина поджидала преступника и, когда он вошел, удивилась. Он оказался интеллигентным дядечкой с бородкой, в невыразительной зеленой куртке с мехом из «искусственной собачки» на скособоченном капюшоне. Один глаз у него косил, и Марина поняла – наверняка от вранья, как написал кто-то великий.
Не дав дяденьке и рта раскрыть, Марина сказала грозно:
– Вы сейчас достанете книгу, которую взяли со стенда, и положите на стол.
Дяденька пожал плечами довольно уверенно, задрал бороденку и объявил, что никаких книг не брал.
– Мы давно за вами следим, – сымпровизировала Марина. – Вы ведь не первый раз примериваетесь!
Тут она поняла, что попала, потому что дяденька мельком глянул на нее и закосил глазом еще пуще.
– Что вы взяли?
– Я ничего у вас не брал, – забубнил он, – если хотите, вызывайте милицию, а я у вас ничего не брал! Обыскивать меня вы права не имеете.
На многоканальном телефоне у нее на столе зажглась красная лампочка – вызывала помощница Рита.
– Да, – сказала Марина в трубку.
– Марина Николаевна, он утащил второй том подарочного издания Бальзака. Там так ценник стоит, что можно подумать, что одна книга стоит семь тысяч рублей, а это цена полного собрания!
– Понятно, – протянула Марина, поглядывая на жулика. – Замечательно.
– Если нужно видео с камеры наблюдения, я вам файл скинула. Можете прямо сейчас посмотреть. Ну, в качестве доказательства.
– Да, спасибо.
Она положила трубку и спросила безмятежно:
– Вы поклонник Бальзака? И именно второго тома?
Дяденька загрустил, стал отворачиваться, но бормотать, что ничего не брал, не перестал.
– Значит, так, – сказала Марина, потому что он ей надоел и было противно. – Книгу на стол, и вон отсюда! Если еще раз увижу в магазине – отдам под суд. Это понятно?
Что-то такое, должно быть, было в ее голосе, что произвело на «искусственную собачку» впечатление, потому что, помотав головой из стороны в сторону, он вдруг запустил руку куда-то за шиворот, под тощий шарф, и выудил оттуда многострадальный второй том.
– Нате! – гавкнула «собачка» пискляво. – Забирайте! Только искусство, между прочим, принадлежит народу! Оболванили, обокрали, у нищих отобрали, а сами жируют, вона как!..
