2
0
— Возмездие? — словно эхо повторяю я, глядя как уносят мертвых солдат. Ведь это сделала я, пусть невольно, но я стала причиной их смерти. И теперь мне с этим жить. А что такое быть правителем? Это значит решать, твердо и безжалостно, кому жить, а кому умирать. И так было всегда, и иначе не бывает.
— Я плохо представляю себе, как я могу решать такие вопросы. И не уверена, что подхожу на эту роль, — говорю я с горечью.
— Больше эти вопросы решать некому.
Тайдел поднимает голову и смотрит на Каэна, который теперь выглядит словно маленькая точка, летящая к солнцу. — Князь Каэн, похоже, решил поговорить с создателем с глазу на глаз.
Я проникаю нитями в сердце Тайдела, и тут же едва не отшатываюсь, удерживая себя только в последнее мгновение.
Он едва удерживается на ногах. Он едва может говорить. Его терзает такая сильная боль, что это кажется почти невозможным. Но между тем он здесь…
Не обращая внимания на ждущих князей, я торопливо касаюсь его рук, держащих корону. Он нервно дергается от боли, едва я касаюсь его. На его теле нет ни единого живого места. Салемс истязал его так долго и так безжалостно, что я не могу представить, как в этом теле еще теплится жизнь.
— Вы едва стоите на ногах, архимагистр, — говорю я и вливаю в него столько силы, сколько могу.
— В моих венах течет яд, мое тело болит. но сердце мое ликует, говорит он.
— Надеюсь, теперь вам легче.
— Благодарю... Я чувствую исцеляющее прикосновение ваших нитей, наместница.
Касаюсь пальцами камня, который Тайдел дал мне перед тем, как я покинула дом вместе с императором Шрайком.
— Если бы не эта вещь, я, возможно, сейчас не стояла бы перед вами. То что произошло — несправедливо.
— Справедливости не существует, — говорит Тайдел. — Есть только воля людей, обладающих силой, и разум, который позволяет им использовать силу во вред, или во благо. Если бы справедливость была, то эти несчастные солдаты были бы живы. Но они мертвы, и каждая их смерть — трагедия для тех, кто их знал. У вас есть сила, которой лишены все остальные. Если вы прислушаетесь к своему сердцу, оно даст вам верное направление. Если вы возьмете эту ответственность на себя, вы сможете избежать подобного в будущем.
— Что бы вы сделали с ними? — я оглядываюсь на князей, терпеливо ждущих, преклонив колени.
— Меня предупреждали, что так может произойти. Князь Каэн предлагал мне помощь, предлагал предотвратить то, что случилось позже, но я отказался, предпочтя поступить так, как диктует закон. И едва не случилась катастрофа. Так что не спрашивайте меня.
— Они виноваты в том, что случилось, а не вы. — говорю я.
— Но с ними вам придется править империей. Какими бы они ни были, они нужны вам, чтобы удержать ее.
