Измена. (не)единственная для дракона (СИ)

Я не могла понять, как ко всему этому относиться.

Теперь я точно знала, что не безразлична ему. Но вопреки всему он решил продолжить устанавливать между нами рамки, выстраивать границы отчуждения и отрицать то взаимное притяжение, которое возникло между нами с самой первой встречи. Даже после всего, что произошло сегодня, я боялась, что он отдалится от меня еще сильнее.

Однако я не могла не признать, что вероятно, это было верным решением. В моей жизни и без того достаточно проблем, чтобы обременять себя отношениями с Черным Вороном, с другом моего бывшего, с сильнейшим магом королевства.

Уверена, и в его жизни все непросто. Поэтому жалеть не о чем.

Вот только сердце болезненно сжималось, продолжая противиться этому решению… А вместе с тем метка на запястье вдруг вспыхнула жгучей болью, от которой из глаз хлынули слезы. Я стиснула зубы, не позволяя себе издать ни звука, и спряталась в своей комнате.

Только здесь, включив свет, я присмотрелась к руке. Магическая вязь расширилась еще больше и теперь закрыла почти половину предплечья. Шипы никуда не делись, лишь стали длиннее и безжалостно пронзали кожу, как настоящие.

А от простых, казалось бы, завитков появились новые линии, на которых образовались небольшие, пока совсем молодые бутоны роз.

Глава 12

Даррен Рааф

Безумие! Это настоящее безумие! То, что сейчас произошло, просто недопустимо! Она — жена моего друга, а я — ее наставник, куратор. Не важно, какая кошка между ними пробежала, я не могу позволить себе желать ее. Браки драконов нерушимы, даже неофициальные. Магия их связала, и я не вправе вмешиваться в эту связь.

Кому, как не мне, это понять.

Пусть я всегда считал себя больше магом, чем драконом, и привык игнорировать значительную часть себя, достигая успехов в магии своим упорством и стремлением к знаниям, а не силой драконьей крови, но не мог не признавать, насколько это важно. Все-таки моя мать успела привить мне уважение к древним традициям драконов, внушить их сакральность. Конечно, это не идет ни в какое сравнение со связью истинных и тем, что даровано самими звездами. А то, что Лита не может быть истинной Эйдану, я был уверен. Но чужака, покусившегося на пару дракона, мог ждать лишь один исход. Смерть.

Варварские порядки по типу “кто первый, тот и прав” меня никогда не прельщали. И умереть от рук Эйдана я не боялся. А вот разрушить нашу многолетнюю дружбу — более чем.

Мы были знакомы со времен учебы в академии. Той самой, которую он теперь возглавлял. Учились на разных факультетах, и даже на разных курсах — все-таки Эйдан поступил на три года раньше меня. Ему, как и всем чистокровным драконам, отлично давалась стихийная магия.