11
0И зачастую такое же недостижимое, как они сами. За нее не страшно умереть, но лишь смерть она и обещает, — он посмотрел на меня и смутился, видимо, заметил мой растерянный взгляд. — Простите, миледи. Наверное, зря я вам все это говорю. Вы еще так молоды, а я лишаю вас всякой надежды. Но это мой долг служить Белому Ворону.
— Я не… — поспешила возразить я, но запнулась."
"Библиотекарь смотрел на меня с таким пониманием, будто знал все, что я собиралась ему сказать. Я не стремилась становиться очередным хранителем. Но это никак не отменяло тот факт, что для местных я навсегда останусь феей, как бы сильно ни притворялась кем-то другим.
— Простите, я так и не узнала, как вас зовут.
— Ох, да я и сам уж не помню… — старик озадаченно нахмурился. А потом взгляд его потеплел: — Она называла меня Антоний. Моя истинная… Мы слишком поздно обрели друг друга. Всю жизнь я следовал пророчеству, чтобы отыскать ее, но оно подлым образом снова и снова заманивало меня в ловушки. Лишь перед самой своей смертью я узнал, что любовь, обещанная мне звездами, и так всегда была рядом со мной. Мне не стоило тратить свою жизнь на подвиги.
Глаза защипали слезы, и я украдкой смахнула их.
— Правда, — его лицо снова помрачнело, — не мое это имя. Выгравировано на могильной плите, но мне больше не принадлежит. Но вы можете придумать мне новое имя, миледи.
— Не стоит! Мне нравится имя Антоний, — заверила я его.
— Как вам угодно, миледи, — поклонился он. — Мне очень жаль, что здесь нет книг, которые вы ищете. Лорд Черный Ворон забрал почти все. Даже книги о феях и светлой магии.
Я недовольно поморщилась. Это как раз было следующим, о чем я хотела попросить.
— И зачем они ему… — с досадой пробормотала я.
— Не могу знать. Да и не мое это, собственно, дело.
— Разумеется, — вздохнула я. — Выходит, зря я сюда пришла. Пора мне уже возвращаться. Еще раз извините меня за беспокойство. И спасибо за помощь!
Библиотекарь счастливо улыбнулся.
— Это вам спасибо, что навестили, миледи. Вы пробудили меня ото сна!
С этими словами он пошел дальше вдоль стеллажей, продолжая невозмутимо расставлять книги на полках.
А я в этот момент осознала, что он и есть магическое существо, о котором говорил мне Даррен.
Он выглядел таким живым, таким настоящим! А его история показалась мне реальной. Но достаточно ли в нем человеческого? Судя по тому, что я уже успела узнать, аномалии хранят воспоминания лишь о чем-то, что имеет для них наибольшее значение — как истинная для Антония. Но также и о собственной смерти, как правило, трагической.
Я покинула библиотеку и начала долгий спуск по лестнице.
