11
0
С разным выражением на меня уставилось три пары глаз: карие глаза Кэтрин прожигали ненавистью, бесстыдные глаза не пойми откуда взявшегося Инграма глядели с неприкрытыми похотью и превосходством. А последние, сияющие небесной синевой, смотрели удивительно ласково, словно приглашали домой. И принадлежали они…
— Мама?.. — растерянно выпалил Лиам, запнувшись о порог и едва не упав — настолько ошеломила его встреча с призраком.
Вот только женщина, расположившаяся на желтом диване в царственной позе, вовсе им не являлась. Стройная и высокая, из плоти и крови, белокожая и светловолосая, будто милостивый ангел, облаченная в королевский пурпур и с золотой короной на голове — она была столь же реальна, как и все мы.
Элегантно поднявшись, она приблизилась к сыну.
— Ну, милый, неужели ты не рад меня видеть?
Одно лишь легкое прикосновение ее пальцев к щеке Лиама заставило того задрожать. Он не мог вымолвить ни слова, неверяще уставившись на нее.
Но женщина уже переключилась на меня.
— Рада приветствовать у себя в гостях нового Белого Ворона. Лита, если не ошибаюсь?
Я молча кивнула, не до конца понимая, как себя вести в ее присутствии.
"— Меня зовут Мира. Я фея, как и ты, и была последней супругой короля. Но теперь его больше нет, и я временно заменяю его на троне. Правда здорово? Мог ли кто-то из нас когда-либо предположить, что во главе королевства темных магов встанет светлая фея?
И правда невероятно. Столько долгих ужасных лет невинные феи, попадая в этот мир, страдали в руках жадных до силы и бессмертия магов, а потом погибали всеми забытые и никому не нужные.
Но все это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Особенно учитывая тех двоих, кто сопровождал королеву. Как все могло так кардинально перемениться в такие короткие сроки? Как она вообще смогла занять трон в обход наследного принца и племянницы короля? И главное — почему они ей это позволили?
Что-то не складывалось…
Один лишь Мес все воспринял однозначно:
— Король мертв? Ну надо же! Это хорошая новость, да, Лиам? И давно?
Королева повернулась к нему и недобро прищурилась, явно не оценив того, что к ней столь небрежно отнеслись.
— Что ты себе позволяешь, деревенщина?! — воскликнула Кэтрин. — Не видишь, кто перед тобой? Не знаешь, как следует себя вести перед ее величеством?
На Меса, казалось, блеск короны не производил никакого впечатления. Гораздо сильнее его задело другое.
