8
0
— Одну минутку, я сейчас, папа! — прокричала в ответ Люси.
Себастьян поднял голову и посмотрел в окно.
— Ведь еще темно. Что твой отец здесь делает?
— Папа встает еще до рассвета, — объяснила Люси, надевая халат.
— Где мой пистолет?
— Тише, — шепнула она. — Спи. Беру его на себя. — Она подошла к двери и приоткрыла ее.
— Доброе утро, дочка. Разве ты еще в постели?
— Тише, папа. Ты разбудишь Себастьяна. — Люси выглянула в коридор и, показав на соседнюю дверь, сказала: — Подойди к той двери, я тебе сейчас открою.
Люси пошла в свой номер и впустила отца.
— Что это такое? — Джеремая с удивлением осматривался.
— Это… гм… моя гостиная. Так сказать, моя личная комната.
Отец присвистнул:
— Говоришь, личная?! А здесь, наверное, все, как в моем номере. Отдельный туалет и большая ванна с горячей и холодной водой, верно? — Не в силах скрыть восхищения, он покачивал головой. — Что ж, лучше и не придумаешь! Неудивительно, что ты зубами и руками вцепилась в своего Себастьяна! Наверное, тебе просто очень захотелось заполучить отдельную комнату!
Такое объяснение устраивало отца, и Люси не стала его разуверять.
Мистер Престон расхаживал по комнате, разглядывая каждую мелочь. Наконец остановился перед горой пакетов.
— А это что такое?
— Видишь ли, у нас на днях была свадебная вечеринка, и мы еще не успели развернуть подарки.
— Да как же вы могли выдержать?! — воскликнул отец, и его глаза заблестели, точно у мальчишки. — Теперь, когда приехали твои родные, ты просто обязана показать нам подарки!
Люси с Себастьяном решили не разворачивать подарки — все равно через две недели они собирались все это вернуть.
— О, в последнее время появилось столько забот, что мы совсем забыли про подарки.
— Надеюсь, эти заботы не связаны с нашим приездом? — Джеремая подошел к дочери и с тревогой заглянул ей в глаза. — Извини, если вчера я наговорил лишнего. Я ведь просто беспокоюсь за тебя.
— Знаю, папа.
— Я исправлюсь. По крайней мере, постараюсь исправиться. Но сначала ответь мне на один вопрос. Скажи, ты любишь этого человека?
— Да, конечно, — кивнула Люси, и сердце у нее сладко заныло.
Глаза Джеремаи увлажнились, и он, поцеловав дочь в щеку, сказал:
— Я очень рад, Люси.
Тут Джеремая вдруг подошел к смежной двери, ведущей в номер Себастьяна, и, открыв ее, во весь голос заорал:
— Иди скорее сюда, сынок! Мы с Люси раскрываем свадебные подарки!
Послышалось приглушенное ворчанье, после чего отец вернулся к Люси и объявил:
— Можно начинать и без Дасти! Ручаюсь, парень гулял полночи. Он сейчас внизу, пьет кофе.
