Из глубин

 — Рожа цела, пулю из задницы Сьюзан не доставала — она бы мне про такое обязательно рассказала. Да и обозвала всего лишь козлом. Радуйся, обалдуй. Все образуется.

— Вам, папенька, легко говорить…

— Именно! Слушай своего старика. Дениска знает, Дениска пожил… не буду продолжать, там дальше неприлично. Чтоб ты знал, мы с твоей матерью два раза разбегались и снова сходились, прежде чем вы с Данькой у нас появились. Тоже та еще проблемка была… так что расслабься, но в меру. Время у тебя еще есть, Мисс Лед обещала тебя к вечеру выпустить…

— А сегодня какое число, если не секрет?

— А тебе зачем? Ладно, ладно!.

. Сутки ты провалялся в отключке. Сначала сам вырубился, от болевого шока, а потом тебя в искусственную кому ввели, чтобы ты не рыпался и процедурам не мешал. Кстати, кто это над тобой так надругался?

— Да был тут один… Анхелем звали.

— Звали?..

— Угу, — угрюмо кивнул я. Перед глазами снова возникло тошнотное пятно в пыли и аккуратно отрезанная рука с пистолетом. — Был, да весь вышел…

— Та-а-ак!.. — Отец отбросил шутливый тон и пристально уставился мне в глаза. До позвоночника взглядом прожег, такое ощущение.

 — Похоже, пришло время для серьезного разговора. Шутки шутками, но и определиться тебе не помешает.

— На предмет?

— Судьбу твою дальнейшую решаем. И ничего смешного.

— Это нервы.

— Молод еще для нервов! — отрезал папенька. — Ладно, давай ближе к телу… то есть делу. Критический разбор операции явно лишним не будет. Я тебя слушаю, сын.

Ну слушай, слушай… может, чего и услышишь. Потом. А я пока в стенку белую попялюсь. Все не так стыдно.

— Антон?

Ага, знакомая интонация. Типа, строгий папенька поучает нерадивого отпрыска.

Теперь точно не отстанет. Проверено на практике.

— Я облажался.

— И?..

— Просто облажался.

— О-хо-хо… учили мы тебя с дедом Колей, учили… конкретней!

— Дважды, — нехотя буркнул я.

Не прокатило — отец не поленился встать с табуретки, на которой до того сидел в расслабленной позе, и влепить мне крепкий подзатыльник. Такого я не ожидал, а потому чуть не клюнул носом одеяло, чудом сдержав матерный возглас.

— Еще простимулировать? — ласково воззрился он на меня, когда я перестал тереть затылок и сумел сфокусировать взгляд на заботливом родителе.

 — Массаж верхних полушарий мозга еще никому не вредил.

— Достаточно.

— Точно? — Папенька подождал еще немного — не дам ли повод? — и вернулся на табуретку. — Я тебя внимательно слушаю, сын.

— Я переоценил свои возможности и бездарно слил бой.

— И что? — удивленно заломил бровь отец. — В первый раз, что ли?

— Не в первый. Но раньше от меня не зависели чужие жизни. Я должен был предусмотреть все варианты, подстраховаться, прикрыть тыл. А вместо этого положился на компьютер и забил на опасность.