Для полноты картины стоит лишь упомянуть, что аппарат оказался производства родной Корпорации STG, что немудрено, поскольку она в этом деле монополист, принадлежал к среднему ценовому диапазону (как раз по карману местному более-менее удачливому бизнесмену, с учетом, естественно, доставки) и щеголял матово-синим покрытием по корпусу и плоскостям. Никаких характерных особенностей за дальностью разглядеть не удалось, соответственно, и зацепок не осталось. Можно было, конечно, напрячь папеньку и избавиться хотя бы от одной версии (а конкретно с участием Тинкиных родственников), но я этого делать не стал.
А потом снова потянулась рутина с бесконечной варкой кофе и обслуживанием занятых научными изысканиями дам. Я даже до Зевса перестал докапываться ввиду полнейшей бесперспективности этого занятия — папенькин искин с готовностью предоставлял отчеты, но я в них ни черта не понял. Нет, понял, конечно — звуковая волна в графическом отображении не самое сложное, с чем сталкивается в своей жизни физик, пусть и био. Вот только на глаз уловить разницу между предоставленными графиками не получалось.
Периодически казалось, что наступает переломный момент — Франка, разглядев что-то на дисплее, оживала, ее пальцы начинали еще быстрее порхать по клавиатуре, но эти периоды проходили так же внезапно, как и начинались. И очень быстро. Когда я спросил у Зевса, что происходит, тот отбрехался несколькими короткими фразами, из которых стало понятно, что искин и, по всей видимости, наша руководительница временами улавливают что-то, отдаленно напоминающее ответную реакцию.
"Уже под вечер, когда я окончательно измаялся бездельем, а на бедную Тинку больно было смотреть, появились дельфины. Самые обычные, и занимались они самым что ни на есть рутинным делом — ловили рыбу. Полюбовавшись грациозными созданиями, равно игнорировавшими как нас, так и шепчущего кита, которого они умудрялись огибать чуть ли не за километр, и не высмотрев ничего интересного, я перебрался к зазнобе в научный отсек.









