9
0
– А разве у вас не цифровой фотоаппарат? – я сделала удивленное лицо.
– Самая обычная «мыльница», но фотографии всегда получаются отличные. Я вам принесу в агентство, – пообещала Шматко.
Фотоаппарат «мыльница» меня не интересовал, я простилась с Нонной Михайловной и направилась к Славскому.
Глава 7
Журналист жил этажом выше. Лифт долго не вызывался, пришлось воспользоваться лестницей. Между этажами я нос к носу столкнулась со Степой, она так же не могла дождаться лифт.
– Как успехи? – спросила я, глядя на ее хмурое лицо.
– Да как сказать. По-моему, смерть Ивановой ни для кого не секрет. Только что от Софьи Андреевны. Я ей про дифтерию, а она мне: «При чем здесь дифтерия? Что вы мне голову морочите! При дифтерии умирают от удушья, а не от сердца». Говорит, а сама дрожит как осиновый лист, одной рукой держится за грудь, другой рукой пытается посчитать у себя пульс. Короче, дама не в себе, перепугана до смерти.
– Ты спросила, кто ей сказал о смерти Лики?
– Спросила.
– Дина Леонидовна? Шматко тоже в курсе. Дина Леонидовна ей по очень-очень большому секрету сказала.
– Нет, о смерти Лики Софья Андреевна узнала из разговора Вероники с водителем нашего автобуса. Кто бы знал, что генеральша владеет итальянским языком!
– Нам следовало догадаться. Софья Андреевна не первый раз в Италии. В Милан она ездит регулярно, чтобы сменить гардероб."
"– Слушай, что мне Софья Андреевна рассказала. Итальянский язык она выучила лет пять-шесть назад, когда в нашем городе реконструировали макаронную фабрику. К тому времени она уже была вдовой и не прочь была обрести новое счастье. Так вот, группа итальянцев устанавливала на фабрике производственную линию. Среди них был инженер-технолог Жан-Лука, фамилию я не запомнила. Где он познакомился с Софьей Андреевной, не знаю, но у них случился кратковременный роман. Установив линию по производству макарон, итальянец вернулся на родину. Чтобы разговаривать с любимым по телефону, Софья Андреевна выучила язык. Любовь канула в Лету, а знание языка осталось и пригодилось в жизни. Во всяком случае, генеральша совсем не жалеет, что в ее жизни встретился этот инженер-макаронник. Когда после больницы мы забирали наших дамочек из гипермаркета, Софья Андреевна сидела за спиной у водителя. Рядом с водителем сидела Вероника. Водитель спросил Веронику, что с дамой, к которой мы ездили. Вероника, не ведая о том, что кто-то из наших может знать итальянский язык, рассказала водителю все как есть, то есть, есть подозрение, что Иванову отравили, если, конечно, она сама не наглоталась таблеток, запив их алкоголем. Услышанное произвело на Софью Андреевну угнетающее впечатление.
– А ведь я заметила, – вспомнила я, – что в автобусе она сидела какая-то пришибленная.
