2
0И тут же добавил: — Но мы немного изменим условия.
Отир хмыкнул, но Холгар осадил его одним взглядом, обойдясь даже без мыслеречи, и обратился ко мне:
— Мы слушаем.
— Я хочу добавить в договор условие, что клан Кунг окажет нам поддержку, дав мне в жёны один из цветков клана, например, дочь старейшины Отира. Этот брачный союз между нашими фракциями и будет гарантией поддержки клана Кунг.
Отир так и замер, не успев дотянуться до парящей чашки.
— У меня нет дочери, — сообщил он через вдох.
Я кивнул и ответил:
— Зато у меня есть девушка, которую я бы хотел назвать своей женой.
— Аха-ха-ха! — зашёлся в каком-то кашляющем смехе Холгар, оставаясь при этом полностью бесстрастным внешне.
— Вот теперь я начинаю верить, что Орден исчез, — сообщил Отир мыслеречью Холгару, поднял чашку и улыбнулся уже мне. — Ловко. Добавил личной выгоды?
— Добавил личного участия для тех, кто заключает договор, — возразил я. — Так будет правильней. У вас будут возражения о вашей дочери, которую вы нечасто выставляли напоказ, а затем выдали за главу Сломанного Клинка?
Отир с шумом отхлебнул чая, покатал его на языке, а затем провёл рукой над столом, оставляя на нём необычный свиток: обвитый молниями, которые медленно, словно живые, ползли по шёлку и белоснежной основе.
— Нет, возражений не будет.
Но всё это осталось позади. Сейчас я не глава Истока и даже не магистр Ордена Небесного Меча, а лишь один из вольных идущих, которые прибыли на земли клана Кунг попытать удачи.
— Цель прибытия? — лениво спросили у Дима, едва он вышел из портала.
— Заработать духовных камней, да найти невесту покрасивей.
Местный стражник презрительно прищурился:
— Весельчак?
— Немного, — рассмеялся Дим, — но дал честный ответ.
Самум, с которым я в это время стоял рядом возле какой-то лавки, хохотнул и ткнул меня локтем в бок:
— С тебя и твоих невест пример берёт, брат, да?
Я не ответил. Шутка хороша до тех пор, пока её не повторяют десять раз.
Это уже четвёртый портал, через который мы проходим, каждый раз меняя город, лицо и внешний вид. Сейчас я, правда, ношу своё настоящее лицо. По той простой причине, что это последний переход, впереди зоны запрета и маску всё равно придётся снимать, так пусть в город войдёт тот, кто не исчезнет за его стенами.
Стоило последнему из моих искателей спуститься с портальной площадки, как мы двинулись, соединились в один небольшой отряд в двух улицах от портала и окунулись в суету большого города. Правда, тут же отыскался недовольный из местных, которому мы — отряд в десять человек — показались слишком широки.
— Оборванцы! Ты! Смотри, куда прёте!
Дим ухмыльнулся:
— Ой, ногу отдавил? Прости, собрат идущий.
