3
0— Если бы я знала, что ты такой мерзавец… — не хватает сил договорить. — Я… Думала, ты из-за Артура помогаешь… А ты… Каким ты был, Тихомиров, таким и остался! Плевать на других, важно лишь то, чего хочешь ты!
Мой голос обрывается, но Тимур не спешит отвечать. В какой-то мере выглядит озадаченным, но по большей части зол. О, да! Это не просто видно, это ощутимо! Невыносимо выдерживать, но и уйти не могу. Жду чего-то, дурочка. Извинений, каких-то объяснений… Хоть что-то! Только вот никакой реакции от Тихомирова так и не дожидаюсь.
В дверь стучат. Несусь стремглав на выход, опережая хозяина комнаты.
Господи, когда же я перестану творить рядом с Тихомировым глупости?!
Понимала ведь, что нельзя мне с ним контактировать… А теперь что? Как добить контракт, если из четырех месяцев проработала меньше недели?
А если бы он это не сказал? Если бы продолжил целовать? Неужели я бы позволила… Конечно, нет.
А Миша? Он ведь мог проснуться, испугаться и расплакаться!
Последние мысли торкают меня, когда я захожу в комнату и нахожу взглядом спящего малыша. Осторожно взобравшись на кровать, устраиваюсь рядом и беру его за ручку.
Что я за мать? Из-за мужчины забыла о самом главном — своем ребенке. Вот как себя назвать? Тем самым словом, которое, судя по обращению, применяет ко мне Тихомиров.
Так расстраиваюсь, что даже плачу. И потом, когда слезы иссякают, грызу себя, пока уставший организм не сдается и не отключает сознание, утягивая меня в беспокойный сон.
15
Птичка
Утром я мало того что просыпаюсь в отвратительном настроении и с опухшим лицом, так еще и на полчаса позже положенного. Подскакиваю, как угорелая. На то, чтобы привести себя в порядок, времени нет, я уже должна быть на кухне и готовить Тихомирову завтрак.
Он кажется удивленным, застав не только пустой стол, но и меня на кухне. А у меня при виде него сердце будто кто-то в кулак зажимает. Так ноет и жжет, вдохнуть невозможно.
