3
0— Надеюсь, обезьянка не слишком вас напугала."
"«Ах, как он красив, негодяй! И очень опасен», — думала Грейс, угадывая под одеждой стальные мускулы. Он настолько возвышался над ней и Розмари, что ростом должен быть чуть больше шести футов[6]. Но больше всего Грейс нравились его глаза — светло-карие, а при ярком солнечном свете напоминавшие цветом тот кусок янтаря, что пылился в библиотеке Фретуэлл-холла. Цвет был поистине замечательный, а если еще учесть густые черные ресницы, то его взгляд неминуемо должен был поражать женщин в самое сердце.
— Мне показалось разумным уйти раньше, чем зверек съест мою шляпу целиком, — сказала Грейс, стараясь показать, что она подходит к происшедшему с точки зрения здравого смысла и при этом с юмором.
Розмари недоумевающе взглянула на госпожу, но ничего не сказала. Грейс не рассердилась на нее: собственный голос прозвучал как-то странно даже для нее самой. Ей трудно было объяснить свою реакцию на близость герцога.
— Простите, что не сумела вас должным образом поблагодарить, — продолжала она. — Мне не хотелось быть неучтивой, но нам еще нужно успеть сегодня нанести несколько визитов.
Легкий ветерок играл небрежно подрезанными прядями волос герцога, достававшими до подбородка. Они были черными как вороново крыло, без малейшего намека на седину. Сколько же лет Хантеру? Когда его бабушка объявила об их помолвке, ему было двенадцать. Сейчас, значит, чуть больше тридцати. Бывалый мужчина, как любит говорить Розмари.
— Понятно. — Хантер оценивающе взглянул на Грейс и улыбнулся. Он что, заметил, как она его разглядывает? Пожалуй. Наверное, привык, что дамы всегда с восторгом смотрят в его чудесные янтарные глаза.
Грейс перевела взгляд на его плечо. Если разглядывать сюртук, вряд ли это будет ее смущать.
— Не следовало мне останавливаться и любоваться обезьянкой. Но я до сих пор не видела ни одной живой.
— Живой? — От удивления брови Хантера сошлись на переносице.
— Она говорит о чучелах, ваша светлость, — дала пояснение Розмари. — У одного нашего соседа весь дом просто забит чучелами животных, настоящий зверинец. Одни прямо как живые, другие — не очень.
— Не очень — какие? — уточнил явно заинтересовавшийся Хантер.
— Не такие, какими их создал Господь, — ответила Розмари, воздев очи к небу, словно ожидая, что Онвыскажет свое мнение по этому поводу.
— У нашего соседа есть чувство юмора, — вставила Грейс, не давая Розмари распространяться дальше на эту тему. — И у него замечательный талант художника — как он работает над своими произведениями!
— Мерзость это, а не произведения.
— Не будем спорить. — Грейс сверкнула на экономку глазами. — Не все понимают работы Артура.
