14
0Слишком натурально для того, кто не понимает, в чём причина моего отказа.
Не ведусь.
– Внесите изменения. Хочу, чтобы вы убрали строку про сопровождение. Мне не нужны чужие глаза. Если помните, там погиб мой отец. Пожалуйста, не заставляйте меня отдавать дань уважения его смерти на виду у ваших людей.
Говорю нарочито жёстко. Продавить такого человека, как Львов, крайне сложно. Но если найти правильные точки – получится.
А мне чужие глаза не нужны совершенно. Пусть и совершенно не по той причине, которую я озвучил князю. Хочу проверить поместье на предмет родовых ключей.
Уверен, князь тоже это понимает. Вопрос в том, захочет ли он пойти мне навстречу. В конце концов, свою задачу я не просто выполнил, а перевыполнил на дофигилиард процентов. Думаю, на том бункере многие из Тайной канцелярии неплохо поднимутся в имперских чинах. Или поедут в далёкую снежную Сибирь. Всякое бывает.
Какое-то время Львов внимательно смотрит на меня. Потом достаёт новую бумагу, садится за стол и пишет.
– Так достаточно?
Читаю и киваю.
– Спасибо, князь. Если вы не против, я откланяюсь.
– До встречи… князь, – говорит Львов и, к моему удивлению, делает короткий поклон. Почти незаметный, но всё же.
«Всегда следуй за знаками», – писал известный писатель из этого мира. Кажется, звали его Пауло Коэльо.
Так вот, если следовать за знаками, сегодня у меня появился реальный шанс сработаться с главой имперской Тайной канцелярии.
* * *– Три тыщи сверху, – недовольно говорит таксист, когда я озвучиваю ему новый адрес.
Молча протягиваю деньги. Справедливо. Поместье находится за МКАД, а договор был о возвращении в столицу.
Минут через тридцать подъезжаем к нужному месту. Завидев высокий кирпичный забор, прошу остановиться и выхожу из салона. Тут же вспоминаю, что надо попросить таксиста меня подождать. Задерживаться тут надолго есть желание, но нет возможности. У меня там химеринг некормлен и рука бога недовоспитана. А вместе они вполне способны устроить апокалипсис в одном отдельно взятом Императорском училище.
Но не успеваю и наклониться к окну, как таксист рвёт с места так, будто прямо на шоссе открылся разлом.
– Клизму Шанкры тебе в бак и лучей добра в прикуриватель, – желаю ему, глядя на удаляющийся автомобиль.
Потом пожимаю плечами – я не злобный, я справедливый – и иду к воротам в ограде. Около ворот стоит пост. Высота ограды – метра три. Видно мне отсюда за ней лишь верхушки каких-то деревьев.
– Парень, дуй обратно! – командует один из мужиков в хаки. – Здесь закрытая территория.
