14
0И, даже не рассматривая его, я чувствую, что длань бога прилично ослабла за эти три дня. Выходит, наша связь для Шанкар-ал-Тара – условие существования.
– Спасибо за обед, – говорю, поднимаясь. – И… за то, что прикрыл от Котова, – тоже.
– Сочтёмся, – кивает Лекс, закрывая за нами с Крайтом дверь.
Взвешиваю в руке тяжёлую сумку. Географического кретинизма у меня нет. Поэтому помню, что идти до конторы Марка Абрамовича – километров семь. А по столице автостопом не покатаешься. Наличных денег у меня нет, карту потерял в разломе…
* * *Крайта я предусмотрительно оставляю у подъездной двери.
Марк Абрамович Шварц начинает суетиться вокруг меня прямо с порога:
– Дорогой мальчик! Как же я рад вас видеть! Дайте угадаю: вы принесли мне что-нибудь интересное?
– Есть пара вещей, – киваю, выкладывая на стол клок шерсти и костяные боласы. – Но есть и просьба."
"– Да? – Марк Абрамович спускает на крючковатый нос узкие очки и смотрит на меня очень внимательно.
– У меня совершенно нет времени. Я хотел бы, чтобы вы сами выкупили у меня вещи.
– А не боитесь, что я дам заниженную цену?
– А вы не боитесь потерять выгодного поставщика? – хмыкаю в ответ. – Не так сложно узнать истинную цену через аукцион. Но я понимаю, что отсутствие посредника и ваши услуги стоят дорого.
– Прекрасно, что понимаете, – кивает Марк Абрамович, натягивая перчатки и взвешивая в ладони один из костяных шаров. – Итак, что тут у нас? Суставы, судя по всему… Да ещё парные, от одной твари… Редкость, однако.
На боласы мы договариваемся быстро. И предложенная мне сумма неожиданно велика: пятьдесят тысяч.
А вот шерсть покупать эксперт отказывается. Выходит, вечное обогащение за счёт химеринга не проканает.
– Странная вещь… странная… – качает головой Марк Абрамович. – Вроде бы шерсть химеринга… Но совпадение только по трём параметрам из пятнадцати. Вынужден вам отказать, друг мой. Но знаете… У вашего папеньки, помнится, была огромная коллекция всяких чудес. И я готов посмотреть на интересные экземпляры.
Да я бы и сам посмотрел…
* * *Через пару часов утерянная в разломе банковская карта восстановлена. Как и симка.
– Ты как? – спрашиваю вместо приветствия.
И едва ли не минуту жду ответа.
– Живой, значит… – говорит наконец мой камердинер. И откашливается.
– И здоровый, – подтверждаю я.
– Чудеса… – комментирует он. – Так. Ты где сейчас?
– Иду в башню училища.
– Вот там и сиди. Никита, я тебя очень прошу пока ничего не предпринимать.
– Ты собираешься заявлять о бункере?
– Заявил уже. Куда следовало. А ты помалкивай. Обо всём. Я приеду к тебе в лагерь.
