6
0
— У тебя слишком довольная рожа, Игорь Вячеславович, держи себя в руках, — негромко произнес я Лютому, стоящему рядом со мной.
— Ничего не могу с собой поделать, ваше сиятельство, — ухмыльнулся мужчина.
— Съешь лимон, а то неприлично, — посоветовал я.
— При первой же возможности, — пробормотал теперь уже командир моей княжеской дружины.
Все перешептывания смолкли, и по храму полилась негромкая, приятная музыка — входила невеста.
Я обернулся и замер, наблюдая, как Василиса медленно и торжественно идет под руку с братом. Красивое, классическое платье принцессы делало ее миниатюрной и хрупкой.
Как и всякая невеста, Василиса волновалась перманентно и обо всем. Где-то за неделю до свадьбы я слышал, как она орала на Тугарина, буквально переходя на ультразвук, потому что тот заявил, что хочет приехать «плюс один». Не знаю, чем ушлый татарин подкупил мою будущую жену, но все-таки этот загадочный «плюс один» оказался впихнут в плотную посадку гостей.
Я никогда не был на венчании в своей прошлой жизни, так что сравнить церемонии никак не мог. Не сказать, что это была какая-то особенно сложная или трогательная процедура. Свечи горели, молитвы читались, люди перешептывались, рассчитывая, что никто не услышит их за тягучими голосами и песнопениями. Я просто механически выполнял требуемые действия, на самом деле слушая вполуха и наблюдая за происходящим вполглаза.
Ведь больше всего на свете сейчас меня интересовала стоящая рядом девушка, чью руку мне вверили на всю жизнь.
Разговоры
— Что вы там пытаетесь рассмотреть?
— Награды у князя! Их стало явно больше.
— Еще бы не стало, он же герой войны.
— Мальчишка и уже герой?
— Говорят, от зависти морщины появляются.
— Да как вы смеете!
— Я-то тут при чем? Так говорят…
— Это кто рядом с цесаревичем? Неужели боярышня Шереметьева?
— Она-она. Папенька у нее наверняка все локти искусал.
— Официально о помолвке заявлено не было. Мало ли какие у них отношения…
— Вы серьезно полагаете, что наследник престола на свадьбу ближника приволок фаворитку?
— Тише! Вы же в храме!
— Да ладно храм, здесь повсюду государевы люди.
— Смотри, это кто рядом с цесаревичем? Боярышня Шереметьева?
— Какая хорошенькая…
— Да, ладненькая. И, говорят, очень талантливый медик!
— Говорят, отец заставлял ее найти покровителя…
— Вот подлец! Такой не достоин носить боярский титул!
— Ну, теперь-то ему точно все дороги будут закрыты. Романовы за своих женщин всегда были горой.
