Внедорожник сорвался с места, унося молодого человека прочь от скучных почти женатых друзей к веселым холостяцким приключениям.
— Надо бы его все-таки куда-нибудь пристроить, — задумчиво проговорил Ермаков.
— Да уж, больно рожа счастливая, — буркнул Лобачевский, поправляя очки на носу.
Возвращаясь домой, я был морально готов встретить продолжение банкета у девчонок на своей кухне или, наоборот, строгую невесту, дожидающуюся меня с укоризненным взглядом. Но квартира встретила меня тишиной. Горело лишь дежурное освещение в коридоре, чтобы я по возвращении не вошел в зеркало.
Василиса обнаружилась в кровати. Судя по сброшенной на пол одежде, добиралась будущая княгиня Калужская ну очень уставшей. Я хмыкнул и поставил рядом на тумбочку возле половины девушки бутылку негазированной воды, пустой стакан и пару таблеток, чтобы утро не казалось слишком мрачным.
Невеста зашевелилась во сне, все больше заворачиваясь в двуспальное одеяло. Это было очень мило, но слишком искушающе. Так что я отправился в душ, а затем решил полистать насыпавшиеся за время моего кутежа письма с телефона на диване.
К сожалению, дальше третьего входящего дело не пошло — усталость и насыщенная ночью победили меня так ловко, что я даже не заметил, как вырубился.
Кремль, кабинет государя, Дмитрий Алексеевич Романов
— Отец, ты же сам говорил, что только сильный государь внушает уважение и страх нашим зарубежным партнерам? — со всем пылом юности говорил Иван. — Что может быть более показательным, чем карательная акция Лондона под моим руководством?
— Какая акция? — раздался обманчиво-мягкий голос императрицы.
Ольга Анатольевна вплыла в кабинет супруга, как всегда без стука и предупреждения.
— Иван страстно желает показать молодецкую удаль, дорогая, — с готовностью наябедничал на родного сына Дмитрий Алексеевич.
Императрица сурово нахмурила черненые брови, положила руку на едва обрисовавшийся животик и строгим тоном заявила:"
"— Я тебя никуда не отпущу, — объявила она. — Ни одного, ни даже с твоим дьявольски везучим другом.
Наследник престола упрямо сжал губы, зато ответил Дмитрий Алексеевич.
— В Москве, Иван, — произнес император. — Так что и ты будешь сидеть в Москве.









