6
0
В ответ раздалось несколько стонов, и влезшие тут же кинулись на звуки. Но, удивительное дело, спасать зажатых и просто поломанных людей никто не спешил.
— Его здесь нет, — констатировал один из «спасателей».
— Вижу, не слепой, — огрызнулся другой.
— Ладно, идем посмотрим, что осталось от их вагона.
Они уже развернулись, чтобы вылезти наружу, как один из выживших, официант, нашел в себе силы, чтобы привлечь их внимание.
— По… могите… Помо… гите…
Мужчины переглянулись — им не платили за зачистку, но свидетели явно никому не были нужны.
— Вагон на тебе, — сухо кинул один из мужчин, то ли старший по званию, то ли лидер.
Тот, кому отдали приказ, брезгливо скривился, но спорить не стал. А стоило его подельникам выбраться из вагона, он подошел к официанту и, вздохнув, тихо произнес:
— Вот че ты дергался? Лежал бы себе тихо, глядишь, рассказывал бы внукам, как в рубашке родился. А так…
На лице парня навсегда застыло растерянно-удивленное выражение лица, а убийца поднялся и окликнул:
— Я сейчас всех вас вытащу! Но мне нужно знать, где вы!
Выживших было немного. А после того, как мужчина вылез из вагона, их вообще не осталось.
— Ну что, нашли? — спросил убийца, вылезая из вагона.
— Ну, походу, там, — кивнул один из его подельников на странную конструкцию овально-продолговатой формы.
— Эк как их вагон сплющило! — прокомментировал тот.
— Странно, вроде должно было разорвать…
— Ну что там должно, сейчас и проверим. Пошли, пока торжественный кортеж не приехал.
Мужчины сделали пару шагов, а затем все одновременно рухнули, как подкошенные, с дикими, дикими воплями.
Впрочем, почему «как»?
Обломки первого вагона, Александр Мирный
Звук плохо проникал из вагона-ресторана, и, к сожалению, я не сразу понял, что произошло там внутри. А когда осознал, почувствовал просто неконтролируемый приступ бешенства.
Эти твари ходили и добивали людей. Просто потому, что искали Ивана.
Металл отозвался легко и как будто даже привычно. Тонкая леска оборвавшихся проводов тренькнула, отрезая убийцам ноги повыше колена. Скорая почти здесь, перебинтует… А потом мы поговорим.
— Чисто, — резюмировал я, и, повинуясь моей воле, ремни, удерживающие нас, ослабли и отползли по углам койки, а металлическая капсула из обломков первого вагона распахнулась, эффектно разводя части в стороны.
Мы вышли навстречу машинам, из которых выскакивали спасатели, местные полицейские, медики. Люди перекрикивались, торопились, суетились.
Ко мне подскочил мужчина в полицейской форме со знаками отличия капитана.
— Князь Мирный? — полуутвердительно спросил он.
Я молча продемонстрировал печатку, что прилагалась к моему титулу.
