6
0Гвардейцы на воротах бодро отдали честь и делали это вполне искренне, а не по уставной необходимости.
Наработал я некоторый авторитет у военных, что и говорить.
Коридоры императорского дворца, как всегда в любое время суток, были полны суетящимися людьми. Но при моем приближении народ расступался, кто кланялся, а кто, лихо щелкая каблуками, тянулся во весь рост.
Я знал, что за спиной шептались люди. Недоброжелатели говорили: этот Мирный, бешеный пес императора, ужасно сильный маг, которого Романовы подобрали из приюта. Но их было меньше на самом деле. Хотя они всегда голосистее.
А остальным нравилась моя история. Мальчишка-сирота, верой и правдой служивший отечеству, совершивший разные геройские геройства и оттого обласканный государем. За дело, а не потому, что вместе в проститутошных баб мацали.
Дел моих теперь на порядочный иконостас хватило бы, но надевать я их не любил, только когда императорская канцелярия слезно просила «одеться прилично» для каких-нибудь официальных мероприятий, в основном с визитом иностранцев.
Наши-то все знали, кто я такой и почему со мной лучше не вступать в конфликты.
А меж тем меня ждали на личной половине Его Величества Ивана Дмитриевича Романова.
Пару лет назад его отец отошел от дел и, прихватив супругу, отправился наслаждаться жизнью в загородной резиденции, время от времени давая балы и принимая гостей. И я ему даже немного завидовал. Мне вот пенсия светила нескоро, если вообще светила с этими неуемными друзьями.
— ШТРАФНАЯ! — заорал Алмаз, подскакивая при моем появлении и тут же наливая в стакан ледяной водки.
— А можно сначала поесть? — жалобно попросил я, резко вспомнив, что последний раз еду нюхал утром перед началом операции.
"— Ваше Величество, сжальтесь, — пискнула Василиса с самым жалостливым видом глядя на Ивана.
— Алекс, сказано ж было: явиться к пяти вечера. А ты опоздал!
У меня дернулся глаз от такой наглости, но я молча поставил перед императором бутылку коньяка и плюхнулся на свое место по правую руку от Ивана.
— Ого, — пробормотал Его Величество, оценивая подарок.
Коньяк года нашего знакомства было найти непросто, но я постарался.
— Прости, государь, портвейна не было, — заявил я, накладывая себе в тарелку всю доступную еду.
— Ну штрафная! — возмутился Алмаз, который был немного пьянее обычного, но, видимо, по той причине, что супруга, наконец, родила ему сына после трех дочек.
Бывший мартовский кот был просто в ужасе от того, что ему придется выдавать своих девочек за какого-нибудь проходимца и уже сейчас всех ненавидел. Заранее.
— Князь, — ласково позвала бывшая боярышня Шереметьева, ныне императрица Российской Империи, пододвигая в мою сторону горячее.
Она уже отработала программу по полной, подарив стране аж трех наследников.
