6
0Тот, кто и подсыпал мне абортивной травы.
Мне не сказали правды…
Я наклонилась к зеркалу, рассматривая спутанные волосы, упавшие на лицо и свои безумные глаза. На белой коже они казались бездонными провалами.
Не сказали правды о моем дитя…
Хозяева «Авалона» крепко держали город, слава о нас далеко летела. Слишком сильные, страшные — на них не было управы, кроме Оливии. Львы решили разбить нашу семью…
Со вскриком я отвернулась от зеркала и бросилась из ванной. В комнате распахнула окно, обжигаясь холодным воздухом, и взобралась на подоконник.
Я осторожно ступила на карниз, ощутив, каким промозглым стал осенний ветер.
Я этого не оставлю. Пойду за правдой о дочери, живой или мертвой.
Уцепившись за раму, я спрыгнула вниз — на соседский балкон. Затарабанила в стекло, шторка отъехала в сторону, и показались два бледных девчачьих лица.
— Ключи забыла, — широко улыбнулась я, надеясь, что на мне нет крови. — Можно через вас уйти?
Меня с облегчением выпустили с балкона и проводили к двери.
Через минуту я уже заводила машину. Вопреки ожиданиям, она завелась со второго раза — прониклась ответственным моментом, и не подвела. Свет фар осветил мокрую после дождей дорогу. Сильно хотелось курить, но это от нервов. Я решила, что бросила и в спешке выжала газ.
Мысленно проложив путь, я поняла, что место встречи, находится неподалеку от «нашей» поляны. Там мы гуляли, играли, охотились. Там хоронили наша дочь.
Я надеялась, что успею. Мальчики устремились туда, злые и голодные. Поодиночке они с тремя львами не совладают. А может, еще и друг с другом подерутся. Но я уже за городом и здесь недолго. Я успею, смогу убедить их остановиться или поддержать друг друга…
Машина чихнула и начала сбрасывать скорость.
Проклятие! Тачка с трудом доползла до обочины. Из-под капота тянуло паром, температура зашкаливала. Что ж, рано или поздно это должно было случиться.
Чуть не плача, я ударила по рулю и выбралась наружу.
Давясь слезами, оглянулась на город у горизонта. Темный, в дымке смога. Он сверкал огнями, тусклыми, как дешевое стекло.
Город, который всех делает несчастными, будто его кто-то проклял. Не знаю, чьим он будет на рассвете. Знаю только, что это затронет каждого из нас. Все, чего я хотела: оказаться в кругу семьи, быть любимой.
Но в этом мире все молитвы остаются неуслышанными.
Глава 49
Я зашагала по обочине.
Не успею. И даже позвонить не могу мальчикам: оборотни телефоны на разборки не таскают.
До места встречи черти сколько, ни попутки, ни помощи. Надо кому-то позвонить, попросить пригнать машину. Я размышляла, чей набрать номер и решила в пользу администратора «Авалона», как вдруг телефон зазвонил сам.
— Алло, — с опаской ответила я, обратив внимание, что номер незнакомый.
