Игры мажоров. Совратить недотрогу

По пищеводу расползлась изжога, стоило представить то, как над моей дурёхой потешалась эта толпа.

– Где она сейчас? – плевать мне на эти ухмылочки. Главное забрать Ладу и увезти ее отсюда.

– Я ей не нянька, – пожала она плечами.

– Державин где? – злилась из-за этого общего равнодушия. Неужели всем так плевать друг на друга.

– Зачем он тебе? – сощурилась она.

– Чтобы помог мне найти Кочетову.

– А-а-а, – протянула она. – Ну удачи, – улыбнулась и вместе с подружками прыснула от смеха.

– Идиотки, – повернулась к ним спиной и снова занырнула в самую гущу людей, попутно выясняя, видел ли кто мерзкого мажора.

"Стоило оказаться на заднем дворе, как взгляд тут же зацепился за высокого татуированного блондина. Этот павлин в компании смуглого дружка Михаила миловался с какими-то девицами.

Внутри меня все вскипело. Буквально клокотало и бурлило от возмущения. То есть он воспользовался Ладкой и бросил ее неизвестно где на произвол судьбы, а сам клеил уже новых девиц.

Наверное, в тот миг я напоминала, разъяренную фурию, несущуюся с копьем наперевес поражать врага.

Первым меня заметил Гордеев. Сказала что-то Державину, и тот медленно повернул голову в мою сторону.

– Где она? – крикнула, еще не дойдя до него.

– О ком ты? – продолжал лениво улыбаться.

– Не делай вид, что у тебя память, как у рыбы, – хотелось вцепиться в его нахальную физиономию и расцарапать ее в кровь. – Лада где?

– Лада, Лада… – нахмурился он, делая вид, что думает.

– Где. Она? – встала вплотную к нему, задирая голову вверх.

– Ах, Кочеткова! – снова расплылся в улыбке.

– Пит, ты вернешься? – пропищала высокая пергидрольная блондинка. Но Державин, кажется, забыл о ее существовании.

Боковым зрением я заметила, как внимательно следил за нами его дружок, но не придала этому значения.

Мажор пробирался сквозь уже совсем охмелевшую толпу, то и дело с кем-то переговариваясь, а меня это уже начало выводить из себя.

– Чем быстрее ты покажешь мне, где Лада, тем быстрее сможешь вернуться к веселью, – надеялась хоть чем-то расшевелить его.

Пётр лишь обернулся на меня, окинув взглядом и продолжил идти дальше.

Поднявшись на второй этаж, я занервничала. Где гарантия того, что прямо сейчас он не заведет меня в темную комнату и не сделает со мной все что заблагорассудится. Ему не привыкать пользоваться женской слабостью. Все же он гораздо сильнее меня, и я ничего не смогу сделать, если он вдруг накинется на меня.

Внезапно мне стало страшно. Так страшно, что, казалось, сердечная мышца выпрыгнет из груди от страха. Шла по коридору, едва дыша.