Все же, слез из-за него я пролила много, и теперь моя коварная сторона требовала возмездия.
- Кстати, я уже того. не девственница! - по секрету поделилась я и побежала по ступенькам вниз. Женя за мной не побежал. Я вообще не слышала его шагов, будто он застыл на месте.
Оля меня не дождалась. И как бы я не пыталась забыть Женю, всю дорогу домой в голове то и дело звучали его слова."
"«Ты и сама не заметила, что изменилась после встречи с ним. Стала отрешенной».
Правда? Тогда мы поссорились, у каждого были причины обижаться. Возможно, в том, что Женя ко мне остыл, была и моя вина.
Я вздохнула с огромным облегчением, как только закрыла за собой двери квартиры. Моя! Моя собственная территория, где можно скрыться от всех на свете. Я балдела просто от того, что могла бродить по комнатам, расставлять вещи, как мне угодно, устраивать беспорядок, ходить голой после душа и слушать любимую музыку, а не жесткое техно, которое включали сожительницы.
Но когда всевозможные занятия, в том числе и уроки, были сделаны, а я осталась наедине со своими мыслями, приползла тоска.
Достала телефон из сумки и охнула, увидев три сообщения от Димы и один пропущенный от него же. Телефон был на бесшумном режиме, который я частенько забывала выключать после пар.
«Поужинаем?» - гласило первое сообщение. Он, как всегда, чрезмерно многословен!
«Заеду в семь».
«Я приеду с едой!»
Я рассмеялась и, взглянув на время, облегченно вздохнула. До прихода гостя оставалось еще сорок минут. Конечно, я все еще помнила, что вчера перед сном пообещала себе, что встречи с Рогозиным прекратятся. Но у нас с ним были, так сказать, дела. Мне нужно было вернуть телефон и шубу. А еще расспросить на счет друга для Оли.
Потому я быстро набрала номер подруги. Но к моему удивлению, она была вне сети. Я пыталась дозвониться еще на протяжении получаса, а потом просто натянула спортивный костюм, куртку и побежала в общежитие.
- Здравствуй, Сеня, - поприветствовала я, когда он опустил окно.
- Для тебя Арсений, - выкрикнул с пассажирского Дима. Мы с водителем обменялись хитрыми взглядами, и он кивнул мне садиться.
Плохо.









