1
0
Описание: В выгравированном на этой табличке рисунке кроется наследие крови, позволяющее изучить навык [Рубящая длань].
Используйте свою кровь, чтобы начать изучать наследие.
Благодаря этому он вспомнил ещё об одной такой табличке, которую получил на пятом этаже, но понимая, что безумный старик, наблюдает за его реакцией, Ворон не стал торопиться и, выказав немного интереса, спросил:
― Любопытная вещица. Но не мог бы ты сказать, что это за «наследие»?
― Не знаю я. ― Он пожал плечами. ― Её на рынке я купил во время одного из путешествий в Лако-Мао. Не была она изучена, и не хотел продавец, чтобы делал это я, пока не куплю. Переживал, что может хламом оказаться она.
― То есть, идентифицировав её, ты даже не стал проверять? Я думал, ты исследователь.
― Я держаться стараюсь подальше от предметов и магии, что крови требуют.
― Но ведь блокиратор, который ты изучаешь, создается буквально из крови.
Не то чтобы парень ожидал услышать какой-то вразумительный ответ от этой древней, пережившей бог знает что, рухляди, но попытаться всё-таки стоило.
― А точнее, крови энергия."
"― То-о есть… ― начиная понимать заложенную в действия собеседника логику, ответил Ворон, ― это как говорить всем, что ты против убийства животных, но с удовольствием есть жареное мясо. Или утверждать, что ты чтишь законы, но в случае их нарушения не против заплатить следящей за исполнением этих самых законов страже, чтобы дело не дошло до суда.
― Какие… На удивление подходящие примеры… ― Ламаниэль жевал губы, думая, как парировать, но в итоге перевёл тему на табличку: ― Так будешь её ты брать?
― Сложно сказать. Если не больше тысячи, то возьму, ― продолжая не проявлять интереса ответил Ворон.
Парень торговал не из-за того, что хотел сэкономить, а просто из принципа. Ламаниэль был очень умным и на удивление нежадным, но это были единственные причины, по которым с ним хотелось общаться. Остальные черты его характера вызывали стойкое ощущение, что надо держаться от безумца подальше. Его постоянные непонятные розыгрыши, обманы, недомолвки, а также создание проблем на пустом месте были лишь верхушкой айсберга.
― Четыре — и забирай.
― Тысяча — и заберу.
― Три тысячи девятьсот девяносто девять золотых — и она твоя.
Выражение лица разбойника окаменело от того, каким серьёзным тоном это говорил старик. Ворон был уверен, что тот просто издевается, и это при том, что уровень их отношений был очень высоким. Тем не менее, не шевельнув ни единой мышцей лица, парень спокойно продолжил:
― Тысяча монет — и прекрати тратить моё время.
Оба молча смотрели друг на друга пару минут, пока эльф не фыркнул и, отложив табличку в сторону, не убрал всё со стола.
― Прав ты. Закончим на этом. Тебя не буду задерживать я.
― Хорошо.
