5
0Почему то такой простой вариант, как позвонить Антону, мне не подходил. Я ж самостоятельная. Я ж сама разрулю. Но дело в том, что со мной рядом сидела пьяная Зимина, и своим ржанием портила все мои потуги, что-то придумать. Полицейские сообщили, что придется нас забрать в отдел. Я было возмутилась, но меня перебила обрадованная Сашка, с огнем в глазах подскочившая со скамейки:
— Мы согласны!
И потащила охеревшую меня и ближайшего к ней полицейского к их машине.
— Э, стоп, Зимина! — я с трудом вырвала свой затрещавший рукав из ее бульдожьей хватки. — Нахер нам в отдел? Пошли домой, ты чего!
Менты заинтересовано на нас смотрели и негромко смеялись.
— Ленка, ну пошли съездим! — Умоляюще посмотрела на меня Зимина. — Чего ты как старая перечница! Зато мы этот день, знаешь, как надолго запомним!
— Саша, ты совсем с ума сошла! — я силилась сдержать богатырский хохот, пытаясь смотреть на расплывающуюся у перед глазами Зимину, но глаза неизменно скашивались к моей переносице, — ты же врач!
— Грач, блядь! Ну пошли-и-и-и! Я в кутузке вообще ни разу не была! — она с уговаривала меня с таким видом, будто на концерт моей нелюбимой группы звала, а не в ментовку.
Полицейские, стоявшие рядом, пока мы препирались, сдавленно хихикая, поинтересовались не мешают ли они нам. Сашка, сделав серьезный вид, попросила у них еще пару минут чтобы меня уговорить. Молодой мент, не сдержавшись прыснул и открыл дверь потрепанного жизнью УАЗика. Сашка бросила на меня умоляющий взгляд, и я, пьяно усмехнувшись, сдалась, первая полезла на заднее сидение. Сашка обрадованно хлопнула в ладоши и забралась следом.
— Обалдеть! — восторженно оглядывая решетку, отделяющую передние кресла от задних, резюмировала она, дергая стальные ячейки пальцами.
Я и менты заржали в голос. Тот, что был за рулем, бросив на меня лукавый взгляд через зеркало заднего вида, улыбнулся.
— Я всякого разного повидал за годы службы, но такого еще не нет! Красивые и веселые вы девчата, — с нотками флирта произнес он
— Яйца подкатывает! — со знанием дела оповестила я Зимину, потянувшись к ее уху, но забыв понизить голос до шепота. — Ой! Я извиняюсь!
Сашка, гоготнув, смотрела на покрасневшего водителя, которого второй сочувственно хлопнул по плечу.
— Курить хочу. — Неожиданно оповестила всех Сашка, и стараясь сделать голос ровнее, что звучало только усугубило ее пьяный тон, который она силилась сделать уважительным, произнесла, — уважаемые служители порядка, не могли бы притормозить где-нибудь у киоска…
— Сашка, чего ты наглеешь? — праведно возмутилась я, под громовой хохот ментов.
