5
0
Я помолчала и осторожно спросила:
– Но я так поняла, что ваш золотой запас иссяк?
Евдокия кивнула.
– Увы, любой колодец имеет дно, последнее колечко сдала.
– Так откуда ожерелье?
Старушка сгорбилась.
– Некрасиво получилось. Но, пойми правильно, Мила растет, ей нужна хорошая одежда, еда, потом, девочка учится в институте, сама не зарабатывает. Вот… поэтому…
– Откуда ожерелье?
Евдокия повздыхала, поохала и наконец призналась:
– Нинель дала.
– Зачем? И как оно к ней попало?
– Ну… хорошо, расскажу, но ты, душенька, Сержу ни словечка. Нам перед ним стыдно будет, все нищета проклятая!
– Ладно, говорите.
Евдокия схватила край скатерти и, нервно заплетая бахрому в косички, начала:
– Мое золотишко исчерпалось, я приуныла и пошла к Нинель за советом.
На ум генеральше лезла всякая глупость. Может, продать большую квартиру, приобрести маленькую в спальном районе, а на полученную разницу ставить Милу на ноги? Или наняться нянькой в приличный дом?
Услыхав о планах подруги, Нинель покачала головой.
– Апартаменты – капитал, оставь их на крайний случай. В прислуги тебя никто не возьмет, возраст не тот, да и не справишься с обязанностями.
– Лифтершей сяду!
– Они гроши получают.
– В уборщицы наймусь.
– Не ерунди, – обозлилась Нинель, – найду выход!
Слегка повеселевшая Дуся поехала домой, она знала: Нинель Митрофановна сумеет придумать нечто замечательное, ведь лучшая подруга в сложной ситуации всегда приходила на помощь.
Так и вышло. Спустя неделю Нинель явилась к Бордюг и сказала:
– Серж знает, что ты все распродала?
– В общем, да, – кивнула Евдокия.
– Отнеси ему этот браслет, – велела Нинель.
– Какой красивый! – восхитилась Дуся.
– Верно, – согласилась Нинель, – жаль, не мой.
– А чей?
– Вот этого не скажу.
– Почему? – удивилась Евдокия. – Откуда он у тебя?
Нинель вытащила сигареты, закурила и, выпуская дым, сообщила:
– Серж ведь занимается продажей ювелирных изделий?
– Ну да, – подтвердила Дуся, – он мне очень помогал.
– И у него хорошая клиентура, – продолжила Нинель.
– Что ты говоришь! Значит, я не одна?
– Нет, конечно.
– Скажите, пожалуйста, – восхитилась Дуся, – экое доброе сердце у юноши!
– Доброта здесь ни при чем, – отрезала Никель, – Серж зарабатывает на комиссии.
– Это как?
– Берет колечко, продает за десять тысяч, а хозяйке отдает семь, остальное забирает себе.
– Не может быть!
– Почему? – пожала плечами Нинель.
– Это спекуляция!
– Дуся, – засмеялась подруга, – очнись, иные времена на дворе. Теперь это именуется коммерцией и весьма приветствуется. Сержу ведь жить надо.
– Он художник!
– Бог мой! Малюет никому не нужные картины.
– И скульптор!
– Еще хуже, – захихикала Нинель, – сними розовые очки.
