Забыв о вежливости и не сказав ребенку ни «спасибо», ни «до свидания», я резко отпустила педаль тормоза, вкатилась во двор и бросилась на кухню, вопя, словно обезумевшая пожарная сирена:
– Банди, Банди, Банди!
Послышалось бодрое цоканье когтей, и в прихожую вылетела вся стая во главе с радостно улыбающимся питом.
– Мальчик, ты жив?!!
Бандюша забил тонким длинным хвостом. Я сунула руку в пакет, полученный от охранника, вытащила ливерную колбасу и уже собралась разделить ее на равные части, но тут престарелая, почти слепая пуделиха Черри, ловко подпрыгнув, вырвала угощение из моих рук и с бешеной скоростью понеслась к лестнице.
– Черри теперь хавает только это.
Пришлось подчиниться и вываливать пуделихе в миску нечто непонятное. К слову сказать, Черри с огромным аппетитом накинулась на еду, которую до тех пор и не пробовала, она вообще большая охотница жрать всякую дрянь. Но через пару недель мы заметили у старушки явные изменения к лучшему, лужи в прихожей больше не появлялись, Черри перестала путаться в коридорах и комнатах, избавилась от немотивированной агрессии – одним словом, стала почти прежней, благовоспитанной и милой пуделихой.
– Может, и мне этот корм на завтрак поесть? Может, он не только собакам мозги на место ставит? А то я какая-то забывчивая стала!"
"Вместе с разумом к Черри вернулась и хитрость. Глядя, как она со стоном бредет по лестнице, медленно-медленно перетаскивая со ступеньки на ступеньку артритные лапы, вы, обливаясь слезами, подхватите страдающую животинку и внесете в спальню на руках да еще сунете бедняжке в пасть строго запрещенную Денисом карамельку.









