Идеальный мир для Демонолога 4

Затем прилетел еще один, поближе. Потом еще и еще. Где-то к пятому снаряду стало понятно, что это не случайность, потому пришлось ускориться и рассаживаться по технике."

"Всего удалось спасти четыре гусеничных броневика, и бойцы быстро расселись на броне. На этом мы сразу сорвались с места и я повел колонну по известному одному мне маршруту. Вот только спустя минут пять появились первые жалобы.

— Мы все понимаем, Первый, — проговорил кто-то из бойцов, заглянув в кабину. — Но почему мы на броне, а не под броней?

— Так надо, — отрезал я. — А если мины? Вдруг напоремся? Я за вас боюсь, мужики.

— Но тут довольно холодно… — подметил другой.

— Я понимаю, но если вдруг напоремся на мину, то пострадают только водители. А вы, как максимум, отделаетесь царапинами, — посмотрел на бойца. — Кстати, если замерз, можешь занять мое место. Хочешь?

— Не-не, командир, — замотал тот головой. — Не так уж и холодно, на самом деле. Да и не хочу тебя морозить, а то простынешь еще.

* * *Вот уже вторые сутки генерал Лежаков не спал и занимался координацией действий самых разных структур войск. Все это время он находился в максимальной концентрации, и об отдыхе даже не задумывался.

Сейчас он сидел над картой, хмурился и внимательно отслеживал изменения. Иногда приходилось прерываться на важные звонки, ругаться на руководителей соседних военных соединений, требовал выслать из столицы эскадру тяжелых штурмовиков, запрашивал десант.

Всё-таки падение воздушного линкора — событие нечастое. И ограничиваться одной лишь попыткой его захвата было бы слишком неосмотрительно. Потому он назначил еще несколько срочных заданий, на которые уже отправлены элитные отряды «демонов войны».

Также падение самолета новосов дало возможность освободить людей из шахты, безопасно вывезти их оттуда, и закрепиться войскам для дальнейшей защиты активов Империи. И все эти операции нужно держать под личным контролем.

Постепенно битва вокруг самолета стала утихать. И пусть новосы успели частично его уничтожить, но даже та часть, которая осталась, имеет невероятную ценность для Империи. Научники требуют нести, как можно больше образцов, и брать всё, вплоть до внутренней обшивки воздушного судна.

Правда, сделать это оказалось не так-то просто. Генерал постоянно заглядывал в отчеты о потерях и потому знал, что за сутки Империя потеряла свыше четырех сотен единиц техники. Это достаточно много, но зато противник не досчитается порядка шестисот единиц, что не может не радовать.

И тут стоит учитывать, что даже полное уничтожение техники не означает смерть экипажа. Имперская боевая машина может превратиться в груду оплавленного металлолома, но солдаты при этом останутся без каких-либо повреждений.