3
0
Тегран задумчиво повертел в руках плошку, куда Тая выкинула отрезанный аппендикс.
— Никогда не видел внутренний орган глазами, только магическим «взором», — сказал он.
— О, а я внутренних органов насмотрелась вдоволь, — улыбнулась Тая, моя руки и снимая марлевую повязку. — Надо расширять область применения нетрадиционной немагической медицины в королевстве, это не дело, что люди от простого аппендицита как мухи мрут. Я же спать не смогу, зная об этом и ничего не делая!
— Согласен, этот вопрос мы с верховным магом обязательно поставим перед Королевским Советом — после такого успешного излечения Миллисы Лерен нетрадиционная медицина начнет развиваться ударными темпами под строгим присмотром принцессы Таяры Амалии Грандины Сиарет, — кивнул Тегран. — А я наконец-то узнаю внутреннее строение сердца и каким боком легкое участвует в кровообращении!
— Не легкое, а легкие — их два, это парный орган. Кстати, одну половину легкого в крайнем случае тоже можно удалить, а человек продолжит жить.
Целитель-маг оторвался от созерцания аппендикса и солнечно улыбнулся своей новой коллеге.
— Сколько времени заняла операция? — деловито уточнила Тая, заканчивая конспектировать в новую тетрадь ход всей хирургическо-магической процедуры.
— Четверть часа.
— Всего-то? Магия — великая сила. Миллису уже можно будить, раз она полностью здорова и все ткани регенерировали?
— Можно. Позвать Лерена?
— Да, буди и зови. И попроси принести для Милли какой-нибудь халат.
Тегран вывел девушку из магического сна, Милли сонно захлопала ресницами, Тая наклонилась к ней и успокаивающе сказала:
— Все хорошо, ты полностью здорова. — Оглянулась, убедилась, что целитель прикрыл за собой дверь и заговорщицки прошептала: — Ты должна мне двух зомби, подруга!
— Хорошо, что я пока не пополню ряды нежити собой, — слабо улыбнулась Милли.
— Да, ты еще лет шестьдесят продержишься в мире живых, — согласилась Тая и весело добавила: — А вот после ничего обещать не могу — наука, знаешь ли, нуждается в образцах для исследований.
Милли звонко рассмеялась, садясь и заматываясь в простыню. Она осторожно спустила босые ноги со стола, когда в лабораторию вошел покачивающийся от нервных переживаний Лерен:
— Милли, кровиночка моя…
Верховный маг опасливо просканировал зеленым лучом тело дочери. Потом подскочил на месте и обмотал дочь зеленоватой магией, как катушку нитками. По итогам магического рентгена маг потрясенно произнес:
— У нее в самом деле больше нет катира, я чувствую только тонкий рубец на его прежнем месте.
— Это шов.
