Язва

 – Узнаю!

– Молодец, сейчас вся надежда на тебя!

– Ну, ты ещё ей спасибо скажи за то, что не умеет язык за зубами держать! – возмутился Неодинокий.

– Всё, ребята, забыли! Меня ещё одно волнует.

– Что? – в голос спросили Оксана с Николаем.

– Слова лейтенанта, которым я не придал значения. Вылетели из головы, и не могу вспомнить.

– Может, гипноз попробовать? – предложила Оксана.

– Бесполезно, я гипнозу не поддаюсь. Впрочем, лейтенант скоро сам расскажет.

– Как это? – изумился Николай.

– Он жив? – с не меньшим удивлением спросила Оксана.

– Жив и скоро придёт в сознание. Мне Петренко вчера сказал.

11 апреля 1979 года, среда, утро, начало девятого, заброшенный барак на окраине города С.

Тщательно проверившись и не обнаружив слежки, Фёдор Зацепин, он же Джейсен Хансен, вернулся к себе «домой». Специфика работы не позволяла ему обзавестись собственным домом. В коротких перерывах между заданиями он жил на военных базах, реже в отелях. Поэтому называл «домом» свои временные пристанища, старался обустроить их с максимально возможным комфортом, привыкал и покидал с сожалением.

Клошары, которых Джейсен продолжал подкармливать, его уже ждали. Встав по стойке смирно, перебивая друг друга, доложили, что в окрестных кварталах подозрительные лица не появлялись. Значит, убежище пока можно не менять. Тем более что через два дня его в городе уже не будет. По крайней мере, он на это надеялся.

Выдав «наблюдателям» по банке тушенки и поблагодарив за службу, Хансен закрылся в комнате, но, несмотря на сильную усталость, не лёг спать, решил сначала проанализировать ситуацию."

"Встреча с медсестрой прошла успешно. Вечером и ночью он наблюдал за квартирой и улицей, ничего подозрительного не заметил. Конечно, контрразведка могла вести скрытое наблюдение из окон соседних домов, но приходилось рисковать. Заранее проработанным маршрутом он проник в подъезд и в начале седьмого позвонил в квартиру одиннадцать. Медсестра открыла не сразу, ещё спала, долго выясняла через дверь, кто звонит и зачем. Хансен прибёг к старой уловке с протечкой в квартиру ниже, уловка помогла, дверь открылась. Дальше дело техники. Работать с людьми Хансен умел, тем более с молодыми женщинами, прекрасно владел техникой нейролингвистического программирования и быстро убедил собеседницу в своих добрых намерениях. Узнав о смерти Кривцова, медсестра горько заплакала, что окончательно убедило Хансена в её искренности. Такое не сыграешь. Договорились, что послезавтра, после дежурства, женщина передаст ему пробирку с выделениями больных сибирской язвой. Хансен подробно объяснил, как подготовить пробирку, своих у него больше не осталось. Договорились и о технике передачи.