Ярослава и Грач

В лесу было тихо, отдыхал на зелени глаз и спокойно становилось на душе.

— Мне тут мама сказала, что у тебя какие-то проблемы с Григорием, — без всяких предисловий начал отец.

Яра прикусила язык. Ой.

— Да разобрались уже вроде, — пробормотала она.

— То-то ты такая понурая ходишь. Что там у вас?

— А мама…

— Мама выдала мне свой вариант. А я хочу услышать твой.

Не хотелось впутывать в это отца. С другой стороны, они беседовали и правда редко, но отец умел давать на редкость дельные советы. Не деликатничал и бил всегда точно в цель. Так может быть и теперь поможет.

— Ты только на Гришу не сердись, — попросила Яра.

— А чего мне на него сердиться? Он же тебя не обижает?

— Нет, — она помотала головой. — Мне просто мало его. А он не хочет никуда со мной ходить. Сижу дома одна как сыч. Устала ждать.

Отец рассмеялся. По-доброму и не обидно. Но Яра все равно насупилась.

— Ну-ну, — усмехнулся он. — Яр, ты вообще себя слышишь? Не хочет со мной ходить… Сижу дома одна… Тебе сколько лет? Тебя за ручку водить? Пошла и сходила сама везде, куда тебе надо. Будто он тебя дома на цепи держит. Вот твоя мама бы ждала меня. До сих пор бы ждала… — он тяжело вздохнул.

— Никто не возьмет на себя ответственность за твою жизнь, даже Григорий. А коли возьмет, так не пеняй потом, что что-то он сделал не так, как тебе хотелось.

— Но я-то хочу с ним.

Впереди показалась развилка. Отец уверенно свернул вправо.

— Яр, ты прекрасно видела, за кого шла замуж. И даже до замужества успела с ним пожить. Зачем тогда оформляла отношения? Чай не в Тридевятом живем, позорить бы тебя никто не стал. Так чего теперь разоряться?"

"Дальше пошли молча. Отец был кругом прав. Иногда Яра задавала себе этот вопрос: зачем согласилась на этот брак, ведь она же уже через год отношений поняла, как оно все будет.

Сглупила, побоялась выйти из колеи… А потом Гриша приходил домой, обнимал, целовал, и не было ничего лучше этих моментов. В этом мире был тот, кто любил ее, и ждал, и прощал, и принимал. И если уж совсем начистоту, порой ей нравилось чувствовать себя рядом с ним маленькой и слабой. Но у этого тоже была своя цена.

Они вышли из леса и уперлись в луг в том месте, где он принадлежал Светозару. Ветер пробегал по травам, и они колыхались красивой зеленой волной, будто дышали.

Воздух здесь был напитан ароматом трав и цветов, и повсюду порхали бабочки, жужжали шмели и пчелы, прикрытые зеленью, стрекотали кузнечики. Луг жил своей громкой жизнью.

Отец оглядел его, глубоко вдохнул воздух и вдруг показался Яре очень уставшим. Это напугало. Отец был столпом, на который опиралось слишком многое в ее жизни, даже если она забывала об этом или не замечала. Он не мог устать. Не имел права!

— Я хотел с тобой поговорить, Яр…

Ветер подхватил его слова и унес куда-то вдаль.