Ярослава и Грач

Села на пол, оперлась спиной о стену.

— Не знаю, — честно ответила она. — Но у нас ведь есть время. Может, мы все же разберемся с нашим браком, прежде чем тащить в него кого-то третьего?

— Зная тебя, мы не разберемся с ним никогда, — хмыкнул Гриша.

— Что?

— Что слышала. Твоя любовь искать причины, чтобы пострадать, меня убивает. Почему ты не хочешь ребенка? Это же здорово: у нас появится свой малыш. Будет нам агукать, будем с ним гулять, целовать и обнимать, станем ходить к нему на утренники в детский садик, потом в школу пойдет… Ну какая семья без ребенка?

— Нормальная.

— Яр, давай серьезно, почему — нет?

И она не сдержалась.

— Да потому что это мне носить! Мне рожать! Мне сидеть с ним! Мне, а не тебе, понимаешь? А тебе умиляться, играть полчаса в день и хвастаться окружающим, что ты отец."

"— Вот как ты обо мне думаешь, да? — вздохнул Григорий. — А знаешь, мне всегда казалось, что Настя — идеальна, но вот смотрю я на тебя… Что вообще нужно было делать, чтобы так сильно напугать тебя идеей материнства?

Яра засмеялась. Что ж, отчасти он был прав.

— Первую лекцию о пользе предохранения мама прочла мне в шесть лет.

— Во сколько?!

— Угу. Она посчитала, что школа — это весьма опасное место для юной девочки, и лучше она сама подготовит меня к превратностям взрослой жизни. Короче, о том, что от секса бывают дети и что с этим нужно быть крайне осторожной, я узнала еще до того, как в принципе поняла, что такое секс.

— Эээ…

— Ага. Ну, и потом чем старше я становилась, тем больше она ко мне с этим приставала. То есть она никогда не говорила, что внебрачные связи — это плохо, просто просила быть очень-очень-очень осторожной. Когда мне было семнадцать, она случайно увидела у меня на экране переписку с одноклассником, чего-то там надумала и подарила мне упаковку презервативов.

Это был кошмар… Ну, и орава Светозара меня всегда пугала. К нему же как не приедешь, вечно какой-нибудь младенец орет. У Несмеяны пунктик на этот счет: она считает, что в доме всегда должен быть малыш, и заявила брату, что пока ей на руки не положат первого внука, рожать не перестанет. Понятия не имею, почему Светозар ей потакает.

— Потому что она хочет?

Яра пожала плечами.

— Мало ли кто чего хочет? Мало родить, надо вырастить.

— Ну, старших сыновей Светозара я знаю, и они оба абсолютно адекватны.

— Да, но все равно… Одиннадцать детей, не перебор ли?

— Значит, для нее это очень важно.

Яра хотела возразить, а потом поняла, к чему он клонит.

— Гриш, я не говорю, что никогда не рожу. Просто сейчас я не готова.

— А я не говорю, что ты должна забеременеть прямо сегодня. Я просто спрашиваю, когда по твоему мнению ты будешь готова? Мне шестьдесят пять. Я хочу ребенка. Уж извини, что не могу выносить его сам.

Яра промолчала. В комнате повисла тишина.