Ярослава и Грач

От этой женщины вообще можно что-то утаить?

Яра села на стул, помотала головой.

— Дочь, ты огрызаешься и отворачиваешься от него.

Внутри словно воздушный шарик лопнул. Самое забавное заключалась в том, что мама за час заметила то, что Григорий не замечал уже пару месяцев. И о чем это говорит?

Яра повела рукой, ставя купол, закрыла рот ладонями и прошептала в них:

— Я хочу развестись.

Слова лезть не хотели, их пришлось проталкивать наружу буквально по слогам. И после того, как она их сказала, легче не стало. И вообще, ее мать была последним человеком, которого стоило в это посвящать.

Как она должна теперь жить, зная, что ее дочь несчастлива в браке? Яра чувствовала себя ужасно. Она и была ужасна.

— Почему? — очень спокойно спросила мама.

А вот это уже было нечестно. Мир вокруг Яры рушился, и ей казалось, что о ее беде должны день и ночь трубить по всем центральным телеканалам, а мама как всегда сохраняла спокойствие. Где справедливость?

— Есть несколько причин.

— Я очень внимательно слушаю.

— Мне кажется, мы разлюбили друг друга, — выдохнула Яра и закрыла глаза.

Она передумала все это тысячу раз, нашла подтверждение и обоснование, но говорить об этом все равно было дико.

Пока она только думала об этом, все было понарошку. А за слова уже нужно было отвечать. И они тут же показались ей ложью.

— Тебе кажется, — отрезала мама.

— Мы почти не проводим время вместе.

— Это можно исправить.

— Но он не хочет! Говорит, у нас все нормально!

— Ладно, поработаем над этим. Дальше."

"Яра недовольно хмыкнула. Мама занималась своим любимым делом: оборачивала в пух все ее доводы. Это тоже было нечестно.

— Он меня тормозит, — она покусала себя за губу.

— Мне кажется, если я уйду, то наконец смогу начать жить.

— Так это ты, дорогая, не от него бежишь, а от себя, — нахмурилась мама, — а это так не работает.

— А как работает?! — не выдержав, закричала Яра. — У меня в голове каша. И я хочу с ним остаться и не хочу одновременно. И мне жаль, что так вышло, я не хочу делать ему больно. Но я… периодически вообще ничего… Не знаю… Искра пропала…

— Искра, — повторила мама, и Яра услышала в ее голосе недовольство. — Так высеки ее заново! Это просто кризис. И если ты поговоришь с ним, и если вы дадите вашим отношениям шанс, то все наладится.

Я уверена, Гриша пойдет тебе навстречу.

— Я не думаю, что из такого можно что-то наладить.

Мама пожала плечами.

— А я не думаю, что существует хотя бы одна семья, в которой никто из супругов ни разу серьезно не задумывался о разводе.

— Ты еще скажи, что тоже хоть раз допустила мысль уйти от отца!

— Каждый день в течении восьми лет после рождения Борислава, — внезапно ответила мама, и это признание произвело на Яру эффект разорвавшейся бомбы.