Янтарь (СИ)

А потом вырвал руку воину, сказав спокойно и буднично, что никто не посмеет отныне тронуть сынов королевской крови, взял нас на руки и отнес домой, — закончил Нефрит, отчего мурашки пробежали по моему позвоночнику, даже если в груди было жарко и радостно от осознания того, что даже кровожадные Кадьяки были идеальными отцами, не позволяя никому тронуть свою кровиночку.

— Эту пещеру Север и Нефрит подарили своему деду Граниту, — тихо выдохнул Карат, — В ней он и умер от болезни и старости…

Гром слушал все эти душевные рассказы молча, но с большим любопытством, когда я чувствовала, что постепенно, час за часом, проведенным с нашей странной семьей, напряженность, скованность и недоверие покидают его, что лично меня радовало до состояния визга!

Уже засыпая, сквозь слипающиеся ресницы в блаженном покое и чувстве бесконечной радости, я наблюдала с улыбкой за своей семьей, не в силах налюбоваться ими всеми.

Тем, как хохотал Янтарь, сгребая своими ручищами сразу и Нефрита и Лютого, чтобы в сотый раз обнять довольных и уже явно подпитых братьев.

Как что-то увлеченно рассказывал Буран, забавно жестикулируя и доводя до смеха наших старших Беров, когда привез Мию, Севера и тетушку Зои обратно, довольный и счастливый, что всё прошло успешно и быстро, девушка почти в порядке, и не было никаких приключений по дороге.

Как Гром и Малахит о чем-то беседовали тихо и спокойно, словно делились опытом своих родов, успевая при этом таскать орешки из одной общей тарелки.

Как завалившись с двух сторон на Волчонка, спали Туман и Ураган, придавив молодого Бера и похрапывая.

Все они были такими сладкими, такими милыми, и такими родными, что моя душа пела от радости и счастья, что теперь и я стала частью этой дружной удивительной семьи, в которой меня простили и полюбили, не смотря на все мои грехи и ошибки, подарив мне покой и мое личное басистое Солнце!

Я даже не помню, как именно уснула и каким образом очутилась в одной из спален на втором этаже, укутанная пледом, на кровати воистину королевских и Беровских размеров, что на ней одной поместились все девушки сразу: и я со Златой, и Лада, и даже Звезда и Тайга!

В тепле мягкого пледа и огня в камине, я проснулась оттого, что услышала приглушенные голоса, лишь в ту секунду поняв, что больше мы не на первом этаже с нашими мужьями, а все спим аккуратно уложенные на свои отдельные подушки, и укрытые своими отдельными пледами.