1
0
- Мне никогда ещё не было так хорошо!
- Как насчёт повтора? - улыбаюсь я.
Мне мало! Член колом стоит во влажном лоне Анюты, дожидается повторения.
- Хочу! – с придыханием сообщает моя девочка, - ещё хочу! – руками упирается мне в грудь, принимает положение сидя.
- Чёрт! Малышка! – рычу, поддаю бёдрами вверх.
Аня начинает медленно двигаться, вверх – вниз, сначала осторожно, потом всё увереннее, смотря в мои глаза. Округлая грудь качается в такт тела хозяйки, глазки закатываются, с губ срывается тихий стон, следом ещё и ещё. Даю ей волю, даю делать со мной всё, что она хочет, но длиться это недолго, срываюсь. Набрасываюсь на неё, как голодный зверь, словно и не было того бешеного танца любви. Снова ураган, нет нежности и томления, мы оба голодные, жадные, ненасытные. нетерпеливые.
Не могу больше терпеть, снова её сжимаю, впиваюсь в губы. Целую неистово, жадно, до боли. До крика. Впиваюсь зубами, кусаю, ласкаю языком, скольжу по шее, ложбинкам ключиц, облизываю соски. Мой маленький ангел хочет этого, хочет меня, так же сильно, как и я её, чувствую её тело, как оно напрягается, как она изгибается. Я не сдерживаюсь, хватаю её за бёдра, толкаюсь ей навстречу, резко, грубо. Она вскрикивает, начинает резче опускаться на мой член, постанывать.
В какой-то момент она вскрикивает от удовольствия, трясётся, утягивает меня в водоворот оргазма, а следом обессиленная падает на мою грудь, затихает. Обнимаю, прижимаю к себе, целуя в висок, дышу, что загнанный конь.
- Спи моя маленькая, - шепчу надрывно, - спи.
А я всегда буду рядом, закрою тебя своей спиной, прячу от всего мира, сделаю всё, чтобы ты осталась со мной. И возможный ребёнок от бывшей не помеха нашему счастью. Не отпущу!
*******
АНЯ
- Без защиты, малыш, сына хочу, - буквально срывая с меня платье, рычит Тим.
А я на всё согласна, и на сына, и на дочь, только от него, и не от кого больше!
Я даже не знаю где мы! Но судя, по тому, что Тим нёс меня на руках, не выходя из здания, говорит только об одном! Мы в отеле ресторана!
И снова, как будто в первый раз, я чувствую, как горячие губы покрывают поцелуями мою шею, плечи, грудь. Как пальцы касаются бёдер, дразня и разжигая ещё большее желание.
Пиджак сорван, но не рубашка и брюки, его одежда мешает, раздражает мою кожу. Кладу руки на его плечи, скольжу вниз по спине, пальцами сминая ткань рубашки, сжимаю её в кулаки, дёргаю вверх выпуская из-за пояса брюк. Тим привстаёт, его облик, освещаемый лунным светом что пробирается в комнату через окно, заставляет биться сердце чаще!
- Мой, - срывается с губ, на что Горский плотоядно улыбается, медленно расстёгивая пуговицы рубашки.
- Твой, - раздаётся уверенное, - на всю жизнь, - отбрасывает в сторону снятую рубашку, замирает, даёт рассмотреть себя.
- Тим, - хнычу, тянусь к любимому, хочу его.
