24
0Поздравляю.
И я иронично показал большой палец.
— Ты сказал, что тебе нужен телесный контакт, и чем больше, тем лучше, — завел он старую пластинку.
— Не волнуйтесь, я не буду с ней ничего делать. Мне надо обеспечить максимальный контакт с телом. Никаких пошлостей!
На последнем я сделал акцент, чтобы он понимал, что у меня нет таких планов.
Сейчас в голове Нахимова происходила битва двух противоборствующих сторон. Здравого смысла и отцовской любви.
— Ладно, прости, я больше не буду вмешиваться, — опустил он глаза в чашку. — Что ты узнал?
Вот, другое дело! Но телефон в кармане предательски нарушил нашу практически дружескую обстановку.
— О, извиняюсь, — сказал я и принял вызов.
— Миша, тут к тебе какие-то люди, — судя по Надиному голосу, ничего серьезного не случилось, но что-то ее озадачило. — Говорят, что ты их приглашал работать у тебя.
— Что? Кого? Я?
Такого поворота событий я не ожидал.
— Говорят, что они из Северной Империи.
Тут я начал о чем-то догадываться.
— А у одного из них фамилия не Перестукин часом? — уточнил я.
— Есть такой.
— Тогда пусть подождут меня на лужайке. И скажи Марусе покормить их, а то вдруг они бомжами приехали…
— А ты скоро?
— Думаю, да. Если не будут отвлекать, — намекнул я, что пора бы заканчивать разговор, а то Надя могла спокойно рассказывать про мои же дела еще час.
Я положил трубку. Хорошо, что мы с Нахимовым кое-как да договорились.
— Простите, Петр Борисович, но дела не терпят отлагательств, — я быстро встал и пошел к выходу.
— Миша, что дальше будешь делать со Светой?.. — смущенно спросил Нахимов.
— Пока мне надо все проанализировать. Боюсь, что в данный момент моих сил не хватит. Буду прокачиваться. А пока как вы смотрите на то, чтобы забрать ее из лазарета и перенести ко мне в дом?
— Я подумаю…
В этот раз он не стал рубить с плеча и поступил дипломатически.
На входе встретил Асая Рея и поблагодарил за столь душевную обстановку. Тот засиял и пробормотал что-то в стиле «проще простого».
Теперь надо разобраться с этими новоприбывшими беженцами.
— Вот уж не думал, что они реально пересекут Северный Пояс и найдут меня, — вздохнул я, выходя за ворота института.
Вызвал Данилу и в ожидании машины написал Маше. Она отшутилась, что отец скоро бомбанет и вечером ждет меня в гости.
И опять звонок.
Я все начинаю задумываться о том, чтобы отключать противную звонилку, когда мне не хочется ни с кем разговаривать.
Номер неизвестен.
— Слушаю.
— Михаил, здравствуй, — услышал я знакомый голос Котельникова.
— Лора, отследи!
— Леня, здравствуй, — спокойно ответил я. — Как у тебя дела?
Но тут раздался приглушенный удар и мычание, будто били по ребрам.
— Услышал? — ответил незнакомый голос. Более грубый и веселый.
— Услышал.
— Мы добрые… Даже очень. Поэтому этот жандарм еще жив.
