Я тебя забираю

— Не часто вампир объединяется с оборотнем”."

"От предвкушения необычной беседы раздражение прерванного ужина превратилось в любопытство.

— Без спецэффектов никак? — знакомый голос поторапливал Балаама. Демон вздохнул с огорчением, обретая привычную для взгляда человека оболочку. — Прибереги спецэффекты для романтичных девиц, случайно вычитавших о призыве в каком-нибудь романе старого идиота.

Слова Темного князя вампиров вызвали у демона смех.

“А ведь действительно так, еще пару сотен лет назад любой призыв мог оказаться с весьма приятным продолжением в компании юной красавицы и… бывшей скромницы”.

— Девицы больше не любят читать, — Баллам заговорил. Он поправлял манжеты, стряхивая с них невидимый человеческому взгляду пепел и песок мира неупокоенных.

— Реалии современного общества, — отозвался огорченно Темный князь.

— Я не девица, но, надеюсь, не хуже, — второй голос, раздражающе громкий, привлек внимание.

— Заметил, — демон вскинул голову. — Ну раз не хочешь расшаркиваться и немного побеседовать с тем, кого призвал, говори по существу, волк. Кого потерял? Редко вы обращаетесь к нам, презираете, — склонил голову, осматривая парня. — Истинную? Вряд ли, совсем молод. Подойди, — поманил.

— Мать, — ответил оборотень.

Не то чтобы Балаам был заинтересован в сделке: желание закончить свой обед, подталкивало побыстрее разобраться с проблемой:

— Ясно, привязанность. Наверное, и любишь ее, и жизнь готов отдать, или что ты собирался мне предложить? — он отметил, что призыв выполнен идеально, и тот, кто чертил пентаграмму, не оставил и малейшей лазейки, вынуждая задержаться. — Круг разорви.

— Не делай этого, — князь предостерегающе перехватил оборотня за руку. — Исчезнет, устанем искать.

— Не вышло, — хмыкнул демон. — Ладно. Жду, волк, предлагай, что там у тебя, — великодушно согласился.

— Деньги.

Демон закатил глаза и отрицательно покачал головой. Предложение прозвучало оскорбительно. Неужели он похож на того, кто нуждается в мирских бумажках?

— Долг стаи.

— Зачем он мне? — Балаам скривился не представляя, как кучка людей, умеющих оборачиваться собаками, когда-то принесет ему пользу.

— Душа, — произнес неуверенно оборотень.

— И к чему мне душонка, что попадет в руки не через одно столетие? И, скорее всего, до ужаса правильная. Чем темнее душа, — пояснил Балаам, — тем покорнее, раболепнее перед силой демона. А тут налицо благородные порывы с возможностью самопожертвования, — театрально взмахнул узкой ладонью.