8
0
— А если ведьма…, — юной волчице было совестно упоминать о своей бабушке, — …если они смогут сделать это еще раз.
Принц чуть расслабил руки, придавил своей тяжестью напряженное девичье тело:
— Этого не будет, — он довольно щурил глаза. Какое же наслаждение наблюдать за эмоциями юной волчицы. Словно открытая книга. Беспокойство. Забота. — Я позабочусь об этом, — прервал назревающие возмущения.
— Ты?.. — широко распахнув глаза, Ксюша шумно задышала, а в уголках глаз вновь блеснули слезы.
— Нет, — Балаам выдержал паузу. — Обещаю, — улыбнулся.
Улыбка демона казалась волчице сейчас обидной, словно он вспомнил что-то очень приятное, что-то по-настоящему ему дорогое. Даже ценное.
Она попыталась вылезти из-под мужского тела, потерпев неудачу, со злым шипением дернулась:
— Отпусти.
— Зачем?
Ксюша не знала, что ответить. Признаться в ревности? Нет, конечно! Об этом чувстве принц Преисподней никогда не узнает.
— Отпусти!
— Чуть позже, — мужские руки подцепили тонкую лямку шелкового топа и чуть приспустили ее.
— Балаам!
— Тысячи лет Балаам, — урчал демон, прикусывая и целуя плечо и шею. — Хотя были и другие имена, не менее звучные, — он перехватил женское запястье. Большой палец поглаживал пульсирующую венку. — Ты просишь от меня то, чего я никогда не сделаю. Я не отпущу тебя, Ксения.
Нежную кожу жгло, несильно, но ощутимо.
— Что ты делаешь?
— Оставляю метку. Даю понять Астароту и другим моим слишком шустрым братьям, что ты только моя.
— Больно, — Ксюша заинтересованно наблюдала, игнорируя неприятные ощущения, как проявлялась черная тонкая линия и расползалась в стороны, образуя овальный рисунок. — Ты поставил на мне печать? — возмущенно поинтересовалась девушка. — Серьезно, печать?! — завитки переплетались и среди них можно было рассмотреть буквы языка Высших демонов. Сотни часов, проведенные перед книгами в библиотеке, дали минимальные знания, но алфавит девушка усвоила.
— Называй как хочешь, — принц Преисподней поцеловал чуть покрасневшую кожу.
— Ты даже не спросил моего разрешения!
— Как же ты прекрасна, — демон улыбался беззаботно и раздражающе.
— Хватит отвечать невпопад!
— Моя волчица, — продолжал Балаам.
— Ты злишь меня. Тебе доставляет это удовольствие?
— Безумное, — росчерки на теле демона вспыхнули ярче и, казалось, его кожа пылала жаром сильнее обычного, обжигая волчицу сквозь тонкую ткань топа и шорт.
А демон довольно хохотал, лениво, с хрипотцой, гладил девушку по волосам, по бархатной коже лица, проводил подушечкой пальца по темным тонким бровям. Наслаждался избранной всей своей демонской душой.
До чего прекрасное создание в его руках сейчас.
