0
0
Болезненно морщусь, вспоминая слова Назара, и на глаза наворачиваются злые слезы.
Какая-то дикая чушь.
А потом я начинаю кипеть, того и гляди, крышечку сорвет.
«Никогда не полюблю такую, как ты». Это еще почему? Что за слова вообще?
Спать со мной ему, значит, вполне себе окей, а любить — нет?
Ну, Назар, ну скотина, дай мне только до тебя добраться…
Или в пень его? На фиг мне не упал парень, который позволяет себе такие выходки!
Вздыхаю. Нет, я обязана с ним поговорить — если не ради себя, то ради ребенка. Что бы там между нами ни происходило, я не имею права скрывать такую новость.
Пусть сам думает, что делать, а я не хочу обвинять себя в том, что из-за обиды лишила ребенка отца.
Топаю в спальню и, уже лежа в кровати, пробую его набрать, но механический голос бесстрастно сообщает, что телефон абонента выключен.
Ничего, если понадобится, я схожу к нему на работу или домой — у меня есть оба адреса. Главное, успеть до одиннадцати — до начала моего рабочего дня, иначе начальник мне голову открутит.
Пробую уснуть. Угу, куда там: я подрываюсь каждый раз, как только проваливаюсь в сон — мне снится Назар, который снова и снова хлопает дверью перед моим лицом.
Утром вскакиваю с кровати задолго до будильника, стою под душем, а потом долго и тщательно крашусь — я буду выглядеть как королева и сражу его наповал: пусть знает, кого потерял.
Вскоре окидываю себя удовлетворенным взглядом — ничто не напоминает о бессонной ночи — и выхожу из дома.
Так, сначала в офис Назара, он работает с девяти, так что наверняка уже пришел туда. Хорошо, что его фирма в нескольких кварталах от моего дома. Мы несколько раз обедали в ресторане напротив и расставались у самого входа в двухэтажное здание.
Я не знаю, в каком кабинете он сидит, но охрана подскажет, так?
Однако чем ближе я подхожу к двойной стеклянной двери, тем медленнее мой шаг. Волнуюсь так, что начинают подрагивать руки.
Соберись, Алиса, это нужно сделать!
Я делаю пару глубоких вдохов-выдохов и дергаю на себя ручку двери.
— Девушка, вы куда? — тут же вскакивает из-за своего стола охранник, преграждая мне путь.
Я улыбаюсь ему одной из своих самых обаятельных улыбок и максимально вежливо интересуюсь:
— Здравствуйте! Я по очень важному личному делу.
— Назар Иванов? — хмурится охранник. — Не припоминаю такого.
— Может, вы новенький? — услужливо подсказываю ему я.
— Девушка, я тут уже два года и никаких Назаров Ивановых не знаю. В офисе работает тридцать человек, и я на память не жалуюсь, помню всех наперечет, — приосанивается он.
«А таблеточки для памяти все-таки попить не мешает, раз не знаешь Назара», — фырчу я про себя, однако вслух говорить такое не собираюсь: я ж не враг себе, в конце-то концов.
