0
0
Немилосердно хочется вдохнуть. Но я держусь, ведь знаю, что будет, если сделаю это: после вдоха внутрь попадет вода, грудь начнет гореть, ее начнет нестерпимо разрывать. А следом чувство спокойствия. Сознание померкнет от недостатка кислорода. И все. Темнота.
Только в тот раз меня достали.
Чувствую, что держусь из последних сил. Вода давит еще сильнее. А я не понимаю: я гребу вверх или вниз? Еще немного, и я сделаю вдох помимо воли.
Вдруг вижу перед собой лицо Алисы, ее широко раскрытые глаза. Это что, галлюцинация перед смертью?
И тут она хватает меня за руку, тянет вверх.
Никакая это не галлюцинация: она прыгнула за мной.
Только хватка ее слабовата и с каждой секундой все больше слабеет. Однако она все продолжает за меня цепляться. Дурочка! И меня не вытащит, и сама утонет! И вдруг она меня отпускает, резко, хаотично машет руками.
Тонет. Она тонет.
Я не могу объяснить того, что происходит следом. Это не поддается никакой логике, но в моем организме включаются резервы, о существовании которых я и не подозревал.
Я поднимаю одну руку и делаю мощнейший гребок вверх, а второй подхватываю Алису.
Давай, Назар, давай! Сегодня тут никто не умрет.
Точно не она. Она должна жить.
Гребок. Еще один.
Держись, любимая…
Мышцы горят, на задворках сознания мельтешит страх: не успею ее поднять, вытащить.
Помогаю себе ногами.
Давай. Ты должен. Обязан. Давай!
Алиса. Никита.
Ну же, давай!
В тот момент, когда чувствую, что больше не могу без воздуха, делаю последний рывок.
И выныриваю на поверхность.
С хрипом вдыхаю воздух. Еще раз.
И гребу к берегу, держа лицо Алисы над водой.
В голове только одна мысль: только живи, пожалуйста, любимая моя, только живи!.
Ощущаю под ногами дно. Наконец-то!
Вытаскиваю Алису на берег, сразу кладу ее животом на свое колено, чтобы голова оказалась ниже груди. Нужно, чтобы из ее легких вышла вода.
Дыши же, дыши.
Ничего.
Давай, Алиса!
Еще три мучительные секунды.
Она не шевелится."
"Лихорадочно соображаю. Так, можно попробовать надавить на корень языка. Только собираюсь перевернуть Алису, как вдруг из ее рта вытекает вода, и она закашливается.
Меня буквально сносит волной невероятного облегчения. И те резервы, что включились еще там, в воде, заканчиваются.
Меня начинает трясти, бок, которым я приземлился в воду, печет так, что больно прикоснуться. Возвращаются и звуки. Только теперь понимаю, что все это время в ушах был лишь звон. Голова разрывается, но главное — Алиса жива.
Она кашляет, становится на колени и хватается за горло. Мокрые волосы путаными прядями свисают с лица, с одежды бежит вода. Вскоре кашель стихает, она громко вдыхает воздух, не может надышаться. И дрожит всем телом.
А потом переводит взгляд на меня, убирает волосы назад, чтобы не мешали смотреть.
