Я тебе (не) подхожу (СИ)

Как и чтение.

О работе вообще молчу — как открыла браузер, так и закрыла.

Включаю фильм — туда же, через пять минут понимаю, что сразу мысленно улетела куда-то далеко-далеко. Вздыхаю и захлопываю крышку ноутбука.

До прихода Назара еще полчаса, а я не нахожу себе места и никак не могу понять, отчего так дергаюсь. Что он меня, съест, что ли?

В конце концов, всегда смогу позвать на подмогу тетю, если что-то пойдет не так. Она уже сидит у Юли и наверняка нервничает не меньше моего."

"Я наяриваю круги по квартире, стараясь дышать глубоко и ровно, и вздрагиваю, когда слышу дверной звонок.

Назар.

Спешу к двери и вдруг замираю на полпути. Храбрость и решительный настрой резко меня покидают.

Может, не открывать? Притвориться, что меня нет. Уехала. Да что там, перебралась жить в джунгли. Или тундру. Или еще лучше — на Венеру.

Э нет, сдается мне, Назар достанет меня и там.

Я откидываю малодушные мысли, открываю дверь и натыкаюсь на серьезный донельзя взгляд.

Назар выглядит максимально собранным, такое ощущение, что он явился как минимум на собрание совета директоров. Темный ершик волос слегка припорошен снегом.

— Пустишь? — изгибает он бровь, и только сейчас до меня доходит, что я рассматриваю его уже с минуту.

Чувствую, как щеки начинают гореть, сторонюсь:

— Проходи.

Назар идет в зал и устраивается на диване, а я остаюсь стоять рядом с книжными полками, облокачиваюсь о шкаф.

Молчу. Молчит и он, скользит по мне изучающим взглядом. Сверху вниз. Снизу вверх.

Тишина затягивается. Я не понимаю, мы что, просто помолчим и разойдемся? Или я должна беседу вести? Нет уж, он сам напросился, вот пусть и говорит.

Только собираюсь сказать это вслух, как Назар кивает куда-то вправо от меня и глухим голосом спрашивает:

— Скучаешь по родителям?

Поворачиваю голову к фотографии родителей, что всегда стоит на книжной полке, и непонимающе хмурюсь.

— Каждый день.

— И я. По матери.

Я округляю глаза. Не знала, что его мать умерла. Точнее, у Назара Иванова не было обоих родителей, а вот семья Исаевых для меня — потемки. Только вот для чего он мне это говорит? Мы вроде хотели поговорить о ребенке и о том, что делать дальше.

— Я помню, как погибли твои родители, Алиса, но никогда не рассказывал, как умерла моя мать.

— Назар, я очень сочувствую твоей потере, но какое отношение это имеет к нашему разговору?

— Самое прямое. Скоро сама поймешь. Тебе лучше присесть.

Я со вздохом устраиваюсь в рабочем кресле, разворачиваюсь к Назару.

— Слушаю.

— В сентябре будет два года, как она погибла. В тот самый день звонок отца застал меня за пробежкой. Он кричал в трубку, что разговаривал с мамой, но что-то произошло, и она, скорее всего, попала в аварию.