0
0
«Хочется — перехочется, Лисеныш, — вынесла суровый вердикт своему желанию она. — Лучше отложим на счет».
Нет уж. Иногда можно. Да и, признаться честно, я просто буду рада хоть немножечко ее побаловать. В конечном счете, это из-за меня она себе во многом отказывает.
Знаю, тетя меня пожурит за ненужную трату. Но я представляю, как после этого она отправит себе в рот ложечку любимейшего десерта, как блаженно прищурится, причмокнет от удовольствия и довольно улыбнется. Нет, я все сделала верно, оно того стоит.
— Ох! — чувствую резкий пинок под ребра, их будто распирает, и я встаю как вкопанная, наклоняюсь немного вперед.
Это сынок выказывает свою поддержку. Или порицание? Решаю остановиться на поддержке. Он вообще в последние недели жутко активен, проверяет свои силы, то и дело норовит пообщаться со мной, пиная то тут, то там. Будущий футболист, не иначе.
А может, ему просто надоело сидеть внутри и он торопится наружу? Нет, рано, до родов еще два месяца.
Интересно, на кого будет похож мой мальчик?
«На Назара» — будто сам собой всплывает в голове ответ.
Ой нет, достаточно того, что мое глупое сердце и такая же голова до сих пор не могут избавиться от его образа.
А еще я часто вспоминаю наш последний разговор. Мне тогда на секундочку почудилось, будто в тот момент, когда я сказала, что ребенок не его, в его взгляде промелькнуло разочарование.
Нет, точно показалось. Ведь месяц идет за месяцем, но Назар и не думает появляться. Ребенок ему не нужен. И слава богу.
Я подхожу к дому и сразу вижу тетину машину и ее саму возле багажника.
— Давай помогу, — подхожу к ней я, пряча торт за спиной.
— Вот еще, — фыркает тетя и качает головой. — Тебе нельзя таскать тяжести.
В итоге она так и не разрешает себе помочь, и я недовольно пыхчу про себя и поднимаюсь за ней. Могла бы дать что-нибудь легкое.
Зато тортик не заметила.
Тетя бренчит ключами и открывает дверь, а в следующую секунду восклицает:
— Твою мать!
И продолжает сыпать гневными многоэтажными ругательствами, которым позавидовал бы любой филолог.
Мне кажется или меня обдает жаром из квартиры?
Я привстаю на цыпочки и заглядываю через тетино плечо. И пораженно охаю.
Паркет в коридоре залит водой и вздулся, зеркало запотело. Боюсь предположить. Что это вообще такое? Нас затопили? Или… это мы?
О нет!
Глаза наливаются слезами, и я дрожащими губами лепечу:
— Те-е-еть…
Та поворачивается ко мне с растерянным видом, но тут же берет себя в руки и твердо заявляет:
— Так, не реви, разберемся. Стой тут.
