Я с тобой развожусь

- Наверно, вы правы, - отвечаю уклончиво. - Думаю, у нас позже будет для этого время.

Отстраненно улыбнувшись, я продолжаю путь к своим апартаментам, но женщина явно не понимает намека, потому что упорно идет следом.

- Меня Маша зовут, - говорит она, стараясь идти в ногу со мной.

- Да, я запомнила.

- О…

Это ее «о» так и повисает в воздухе. Мы доходим до апартаментов и она внезапно говорит:

- А почему бы нам не посидеть по-дружески прямо сейчас? Мы с Вовчиком привезли с собой из дома колбасу нашего собственного производства! Я сама ее коптила, этими самыми руками! Да что тут рассказывать? Сейчас принесу и угощу!

Она исчезает также быстро, как появилась, оставляя меня лишь недоумевать над тем, как легко и непринужденно напросилась на эти самые дружеские посиделки.

Усмехаясь этим мыслям, я вхожу в свою гостиную, оставляя дверь приоткрытой в качестве приглашения. Хотя новая знакомая, кажется, вовсе не нуждается в подобных церемониях.

Маша возвращается спустя пять минут. И в руках у нее - о Боже! - действительно палка колбасы.

- Ничего себе! - присвистывает Маша, проходя в гостиную. - Вот это хоромы! Похоже сильно тебя любит муж, Ритка!

Мне снова хочется рассмеяться.

И даже не знаю, от чего больше - от этого панибратского «Ритка» или от предположения, что Ян меня любит?

- Ты так считаешь? - уточняю с усмешкой и Маша смотрит в ответ с искренним удивлением:

- Конечно! У нас-то комнатушки куда скромнее!

- То, что мужчина тратит на тебя деньги - вовсе не значит, что он тебя любит, - вырывается у меня с неожиданной горечью.

- Разве? - снова изумляется Маша. - А я тебе, подруга, так скажу - не станет мужик вкладываться в то, чем не дорожит! Даже копеечки не потратит! Знаешь, было у меня раз такое… жили мы тогда с Вовчиком совсем бедно, студентами еще были.

Перебивались, можно сказать, еле-еле. И вот восьмого марта приносит  Вовчик мои любимые тюльпаны! Сказал, что сэкономил те деньги, что на проезд, чтобы меня побаловать… Понимаешь? Уж сколько лет прошло, а ничего более ценного, чем те тюльпаны, мне никто никогда не дарил!

Я поджимаю губы, потому что они неожиданно начинают дрожать. Конечно, я ее понимаю. Вот только глупо сравнивать бедного студента с Яном Григорьевым, который может позволить себе абсолютно все.

- Ну а как же те, кто содержит любовниц для собственного удовольствия? - возражаю ей, когда ком в горле рассасывается.

- Разве это любовь?

Маша ничуть не смущается:

- Конечно! Зачем же ему иначе тратиться? А ты колбасу-то ешь, ешь…

От запаха этой самой колбаски, которую Маша уплетает за обе щеки, меня начинает подташнивать. Но обижать новую знакомую вовсе не хочется, поэтому я говорю:

- Прости, что-то аппетита нет. Я лучше нам чаю заварю, а ты мне расскажешь, как вы вообще оказались на этом шоу? Кажется, что и у вас и так все хорошо.