3
0И пусть это было совершенно неуместно, такой обмен ничего не значащими фразами подарил мне чувство облегчения. Наверное, такое же испытывал и подмытый Никита – именно так звали малыша… Никита Вениаминович Хлебников. Два месяца отроду.
– Расскажите всё в подробностях, пожалуйста, – попросил Киселёв, и тут я спохватилась.
– Давайте хоть за стол присядем. Малыш будет в зоне видимости, так что никуда не свалится, – предложила я майору.
Он кивнул и прошёл к столу. Поить его чаем я не стала – сочла это неуместным. Казалось, устройся мы на посиделки, как вся эта нелепая ситуация встроится в парадигму моей жизни и станет своего рода закономерной.
– Рассказывайте, – велел мне Киселёв, и я начала своё повествование.
Немного сбивчиво, но всё же сумела подобрать слова и поведать о том ужасе, который до сих пор не укладывался в голове. Говорила, говорила, говорила, а сама всё думала: если всё так и есть, что же нас ждёт дальше? Развод – это однозначно. Но как же отреагируют мои девочки? Они ведь так любят отца. Они всегда так радовались тому, что у них полная семья, где царят гармония, любовь, верность…
Помню, как Майя, не так давно обняв меня, уткнулась в изгиб моей шеи и сказала:
«Мама, как я счастлива, что у нас всё хорошо».
И я понимала, о чём именно она говорит. О спокойствии и уверенности в том, что завтра будет то же самое. И послезавтра – тоже. Что мы и дальше пойдём рука об руку все вместе. Вчетвером.
И вот у них родился брат на стороне, о котором умолял чужую бабу их любящий отец…
– То есть, вы эту женщину не знаете? – записал в блокнот Киселёв. – А с мужем, когда он уехал сюда ремонтировать дом, виделись редко?
Он задал этот вопрос, и я тут же внутренне ощетинилась.
– Не так уж и редко! – тут же взялась я защищать себя и тот график, который у нас выстроился с мужем.
Да, в основном мы были порознь. Я занималась своим магазинчиком, а Веня – работой и ремонтом. Но, во-первых, такое расставание было оправданным. Во-вторых, мы постоянно изыскивали возможности увидеться. Я уходила с работы пораньше, звонила Хлебникову, спрашивала, чего вкусненького наготовить и ехала к нему. А потом мы проводили здесь вечер и ночь.
– Два-три раза в неделю мы с мужем точно виделись. Это в будни. А выходные я проводила здесь, – добавила уже не так воинственно, когда поняла, что Киселёв меня просто расспрашивает, ничего кроме.
Он кивнул, дал знак вошедшему в дом пареньку в форме, с которым сюда явился.
– Ну? Что там? – спросил у него.
– Да коляска как коляска, – пожал тот плечами.
Майор кивнул и обратился ко мне.
– Значит, подведём итог.
