Я родила от вашего мужа

Просто узнала благодаря его деревенской бабе о том, какой он мерзкий лжец. Но именно меня он сейчас делал крайней.

Я с грустью вспомнила о том, что говорили замужние кумушки про их подруг, которые доходили до развода. Они умудрялись сделать их в своих мыслях виноватыми.

Разлюбил – виновата, что стала непривлекательной.

Захотел ребёнка на стороне – виновна в том, что остановилась на троих детях, а не стала рожать ещё и ещё, рискуя собственным здоровьем.

Судилась за имущество – была жадной сукой.

Не судилась – полной идиоткой.

Наверное, они бы даже в моём желании просто накормить ни в чём неповинного малыша нашли что-то крамольное.

Как находил это Веня. Или, возможно, он в целом раздражался от моего присутствия. Я этого не знала.

– Нет, Даша, – решительно ответил муж. – Мы будем обсуждать это наедине.

Что ж… мне этого было достаточно. Взглянув на Киселёва, я помотала головой. Мол, всё. С меня хватит. Он воспринял это именно так, как я и желала.

– Дарья Александровна, я с вами свяжусь, если будет необходимость, – проговорил майор, и я только и смогла, что кивнуть, а после покинуть этот дом следом за лейтенантом.

Мне было более чем достаточно.

Добравшись до нашего «родового гнезда», которое сейчас мне казалось чужеродным и пропитанным присутствием Алёны, я быстро собрала вещи, бросила их в сумку и, сев в машину, направилась в город.

У меня в душе была пустота, в том числе, продиктованная пониманием, что мне придётся рассказать обо всём Майе и Эмилии. И сделать это я буду вынуждена в самом обозримом будущем.

Когда почти добралась до дома, мне на телефон стали поступать звонки. Наяривал – иначе не скажешь – Веня.

Я примерно представляла, что именно он мог мне сказать. Наверное, станет просить пока не посвящать детей в его грязь. Но пусть держит карман шире. Я не из тех, кто станет играть в счастливую семью и параллельно резать себе руки в кровь об её осколки.

– О, мам… Ты рано! – удивилась Майя, когда я вошла в квартиру. – Мы тебя только завтра ждали.

– А то и послезавтра, – улыбнулась Эмилия, которая жевала яблоко. – Учитывая, как ты горишь скорым переездом.

Она покачала головой, без лишних слов и вопросов забрала у меня сумку и унесла в нашу с Хлебниковым спальню.

– Я умоюсь и сейчас приду на кухню, девочки. У нас с вами будет серьёзный разговор, – как можно спокойнее проговорила я, и тут же увидела на лице Майи испуганное выражение.

Вернувшаяся из комнаты Эми, которая тоже всё слышала, нахмурила брови и уточнила:

– Что-то случилось?

Всё, на что меня хватило – мотнуть головой, дескать, всё потом. А после я ретировалась в ванную, уже понимая, что эта беседа будет очень и очень непростой.