Я – первый

Они оба уже почти что перешли на быстрый шаг. Но Артур, сжав зубы и бесконечно повторяя про себя: «Хрен тебе, сволочь, хрен тебе…» – начал все-таки неумолимо сокращать расстояние.

Чеченец, постоянно оглядываясь, сумел немного прибавить, но Артур знал, что это ненадолго.

«Куда этот дебил бежит, я же догоню его все равно…»

Открывать рот и выкрикивать что-то вроде: «Стоять, милиция!» – Артур не собирался. Много сил отнимало волевое погашение боли, и он сконцентрировался только на этом, не выпуская из виду спину тяжело дышавшего человека.

Обогнув крайнюю многоэтажку, чеченец, переводя дух, быстро пошел к большому черному джипу, который стоял на въезде в глубине двора.

На ходу он оглянулся, и на его искаженном в физической мукой лице появилась злобная торжествующая улыбка.

Артур, чувствуя нарастающую панику, невероятным усилием воли прибавил шагу.

Водительская дверца джипа распахнулась, и на асфальт выпрыгнул крепкий парень в кожаной куртке."

"«Это его сопровождение и контроль за подрывом, – пронеслось в мозгу до предела утомленного болью человека. – Они стоят тут и ждут этого урода, им же надо отчитаться за то, что они сделали».

Чувствуя, что все рушится, и ощущая ужас, Артур заставил себя перейти на бег.

Коля что-то сипло прокричал по-чеченски, показывая себе за спину рукой.

Парень, стоявший возле джипа, сейчас же сорвался с места и в несколько секунд оказался между Артуром и террористом.

Собровец уже знал, что у него нет никаких шансов выиграть поединок. Вести рукопашный бой на одной ноге – чистое безумие, такой вариант может только случайно проскочить с необученным противником, но Артур уже понял, что боец перед ним спортивен и подготовлен, и самое паршивое в этой ситуации было то, что врасплох его не застать.

Тем на менее он поднял сжатые в кулаки руки и, осторожно ступая на цыпочки, приблизился к нему.

Парень быстро и легко, согнув левое колено, опустился на асфальт, словно собираясь исполнить танцевальное «па» из украинского популярного танца под названием «гопак», раскинул в противовесе руки и, разворачиваясь в стремительной «вертушке», мощно подсек правой ногой Артура под поврежденную стопу.

Артур мягко повергся в темноту.

Очнулся он от сильного пинка под ребра.

С трудом приподняв голову, собровец увидел Колю, стоявшего над ним. Чеченец согнулся в пояснице и упер вытянутые руки в колени. Грудь его тяжело ходила, в ней что-то сипло булькало и хрипело. Он все время мотал из стороны в сторону потной головой, постоянно сплевывал и потирал левую сторону тела под пиджаком.

Сам Артур лежал грудью на асфальте, а на его шею сверху тяжело давила чья-то подошва. Собровец максимально напряг шейные мышцы и больно уперся подбородком, чтобы набрать воздуха и отдышаться.