Я – первый

Гулял этот зэк в прогулочном дворике, тут ему кто-то из-за соседнего забора говорит: «У тебя чай есть, братуха?» – «Есть, – отвечает этот урюк, – бросай деньги, я тебе сейчас пачку переброшу». Тот дурак, как правильный, зажимает деньги в руке, становится на спину своему товарищу и перекидывает свою кисть через забор. Этот урюк берет его за руку и тянет вниз, чтобы любитель чая не смог освободиться. Затем вытаскивает нож и начинает отрезать тому палец!

После секундной паузы заместитель прокурора оглянулся на своего товарища. Кавказец пожал плечами и потянулся за сигаретой.

– А зачем? – недоуменно спросил Николай Федорович.

– Так и я тоже его спросил, а зачем?! И знаете, что он мне сказал?! – и не дождавшись очевидного ответа, полковник, предугадывая взрыв смеха, который, по его мнению, должен был последовать, проговорил с еле сдерживаемой улыбкой: – А мне скучно было, гражданин начальник! Вы представляете? Скучно ему! Вот он так и развлекался! А сам смеется, причем от души!

Литвирук засмеялся так, как будто слышал эту историю впервые.

Заместитель областного прокурора покачал головой.

Он изо всех сил напряг свое хорошо развитое (у ответственных чиновников всегда отличное чувство юмора, положение обязывает, попробуй не пойми юмор своего шефа, сразу создастся мнение, что ты профессионально не пригоден) воображение, но ничего смешного в этой ситуации не обнаружил.

Он не знал специфики психологии заключенных так же досконально, как хозяева, поэтому недоуменно покачал головой и нахмурился.

Поняв, что веселья этот случай у гостей не вызвал («Идиот! Не мог что-нибудь поумнее придумать! Полез со своими шуточками, забыл, что это не зоновские офицеры!.

. Осторожнее, Вася!» – спохватился «хозяин»), полковник поспешил сменить тему:

– Наливай, Никита, что сидишь! Семенов! Что там с шашлыком?!

В общем, хорошего настроения этот рассказ не испортил; Семенов принес горячее блюдо, капитан быстро налил, и собеседники выпили за прекрасную природу и взаимопонимание. После того как принесли приготовленную горячую рыбу, обжаренную до корочки и с ароматом дымка (Семенов так отлично пожарил хариуса на тоненьких ивовых веточках, что уже сытые люди вновь стали есть горячий деликатес.

Недаром говорят, что самое вкусное блюдо на рыбалке – это сразу приготовленная только что пойманная рыба), собеседники ненадолго погрузились в сосредоточенное молчание, которое говорило о мастерстве повара гораздо больше, чем самые громкие слова.

– А вот мы с Мурадином давно дружим! Правда, Мурад? – произнес Николай Федорович. Он сытно срыгнул, распрямился и расставил перед собой ладони, испачканные жиром. Семенов быстро вложил в его правую руку несколько белых мягких салфеток.