2
0Об этом явно говорит оформление из сердец и купидонов.
— Пошли лучше в блинную, — я выбираю кафе попроще под названием «Три богатыря».
— Ну пошли, — вздыхает блондинка.
Внутри мы заказываем по блину «Илья Муромец» с мясом, а я еще вдобавок — сладкий с брусникой. А потом, подумав — еще блин со сгущенкой. Пить берем квас. Когда оба заканчиваем с ужином, и я сыто смотрю в окно на подсвеченные фонарями улицы, блондинка тихо говорит:
— Даня, я хочу с тобой серьезно поговорить.
Ох, начинается. А вообще стоило этого ожидать.
— Да, Света, я согласен на разговор, — серьезно киваю.
— Хорошо, — выдыхает девушка, опустив лицо.
Здесь совсем не место для выяснения отношений. Нам еще возвращаться вместе. А если она расстроится и убежит куда-нибудь не глядя? Нет, лучше в номере. Там, даже если у нее случится истерика, то она просто уткнется в подушку.
— Тогда пойдем глянем на парк, — я встаю. — Он вроде бы подсвечен фонарями.
— Поздно, — замечает Света. — Не боишься, что к нам пристанут грабители?
— Знаешь, я даже не прочь размяться, — усмехаюсь.
Она смотрит на меня, и на ее губах прореживается предвкушающая усмешка.
— А вообще, я тоже, — хрустит блондинка пальцами. — Очень даже не прочь.
Глава 20
Черепки
— Слышь, паря, дай полтинник? — пристают к нам в парке два хмыря.
Вот не устаю удивляться здесь вездесущей криминогенности. Только зашли со Светой в парк, выбрали чистую скамейку под фонарем, присели, как сразу из-за поворота тропинки объявились два мордоворота. Один семки щелкает, другой складным ножиком играется. На лезвии прыгают светлые блики фонарного света.
И не только же Тагил такой. Вся Царская Русь сплошная преступная зона. Последствия бурных гражданских войн.
Я молчу, пытаясь разглядеть бандитосов. А то они скромные — встали за границей желтого света. Только видно широкие силуэты в куртках и поблескивающий нож, да слышно щелканье семок.
— Или ты, фифа, — обращается Ножик к Свете. — А то твой хахаль что-то замолк. Зачем тебе такой немой или трусливый? Лучше пошли с нами. Мы тебя и сами ублажим, и работенку заодно подыщем. Даже дадим наставницу Снежану: она обучит ремеслу и покажет как клиентам делать приятное, если неопытная.
Мои перепончатые пальцы! Вот так рекрутер-сутенер! Настоящий предприниматель!
Света же не оценивает предпринимательскую жилку бандита. Блондинка делает брезгливое выражение лица. Потом поворачивается ко мне:
— Даня, можно?
Ну да, мы же размяться пришли. Хотя, по-честному, я и не надеялся, что удастся. Мы же даже вглубь парка не прошли, на пороге встретили. Любит меня удача.
— Посвети на них, — прошу.
