Я – маг огня!

К демонам или к ректору (хотя, сдается, это примерно одно и то же).

– С Дэниэлом! – рявкнула эта… как ее…

Спустя несколько секунд тишины память услужливо подкинула имя Вири. М-да, мне сегодня везло, как девственнице на голодных драконов. Да уж… пресветлые небеса, скажите, где я умудрилась так нагрешить, что мне так «фартит»? Прямо без передыха, не переставая. Вот только обрадовалась, что на полигоне до ночи ползать не придется, как уже пожаловала поклонница Дэнчика – некстати вспомнилось, как гундосенькая именовала блондина.

– А… Ты про этого белобрысого? – Я постаралась устало махнуть рукой, изобразив полную незаинтересованность в страже.

И судя по тому, как праведным гневом полыхнули глаза девицы, прогадала. Сдается, о ее Дэнчике можно было говорить либо хорошо, либо очень хорошо, либо молчать трупом. Переход в стадию последнего при негативном отзыве был обеспечен. Быстро и с гарантией.

– Он не белобрысый! А пшенично-золотой! – возразила эта стервозина.

– Да хоть бронзовый. – Я пришла в состояние зайца, которому уже настолько все по уши, что он готов набить морду волку. – Чего ты от меня-то хотела? И да, ты пульсарчик-то убери, а то обожжешься ненароком, а мне потом за тебя отвечай перед ректором.

 – Я подумала, что пару дней назад и так пришлось оправдываться перед госпожой Мирандой Гирс, и добавила: – Опять.

Судя по тому, как вытянулось лицо стервозины, я вела себя слегка не так, как полагалось несчастной жертве ревнивых угроз.

– Это ты на что намекаешь, выскочка? – прошипела гундосенькая.

– Ну, допустим, из-за угла выскочила на меня ты, так что… – я сделала многозначительную паузу, чтобы ревнивица могла сама домыслить, кто тут выскочка, а кто мимо проходящая приличная первокурсница.

И когда взбешенная девица уже была готова взорваться, продолжила: – Либо говори, что тебе надо, либо я пошла. Меня еще душ ждет.

«Второй за сегодня», – добавила мысленно.

Судя по скрипу зубов, сказать мне хотели очень много, но в основном нецензурно. А еще – посмертно. Но гундосенькая, похоже, была девушкой порядочной. В том плане, что соблюдала порядок убиения: сначала с противником поговорить, потом и угробить, потому как произнесла:

– Что у тебя со Стиллом?

– Деловые отношения, – честно ответила я.

И тут же гундосенькая цапнула меня за запястье свободной ладонью, во второй по-прежнему продолжая держать пульсар. Я дернула руку на себя и, стараясь быть невозмутимой, добавила: – Он делает мне в основном больную голову. А я ему помогаю в решении одного вопроса, – закончила с вызовом и только тут заметила, как из-под манжеты девицы на миг выглянул амулет в виде браслета, который сейчас сиял равномерным мягким желтым цветом.

Подозреваю, что и на ощупь он сейчас был приятно теплым.